Шрифт:
Счастливые! — с завистью подумал Рик. Вместо того чтобы позировать Кристин, он бы с удовольствием отправился на яхте рыбачить.
Вот бы она не открыла дверь! — с надеждой промелькнуло в его голове. Если бы это действительно произошло — скажем, если бы Кристин попросту проспала, — Рик вернулся бы в гостиницу с чувством выполненного долга.
В самом деле! Ведь Кристин любит поспать. Учитывая данное обстоятельство, он не стал сегодня колотить в дверь кулаком, а постучал тихонько. Так, чтобы не услышал спящий человек.
И тут послышался щелчок. Вслед за этим дверь отворилась. Кристин появилась на пороге, сонно моргая. Под ее глазами лежали тени.
— Ты здесь…
Рик как будто почувствовал в ее тоне разочарование. Выходит, ей не так уж хотелось, чтобы назначенная встреча состоялась? Тогда почему она просто не позвонила и не сказала, что передумала? Или она ждала, что первым сдамся я? — промелькнуло в голове Рика. Черта с два!
— Сейчас четверг, шесть часов утра, — глухо произнес он. — Где, по-твоему, я должен быть?
Кристин покачала головой. Затем снова несколько раз сонно моргнула.
Дьявол! Я бы предпочел, чтобы она не выглядела так соблазнительно! — в сердцах подумал Рик. Действительно, сейчас он меньше всего нуждался в этих мыслях — о том, как чудесно было бы оказаться с Кристин в постели.
Наконец она перестала моргать и заметила:
— Ты пришел раньше, чем мы договаривались. Шести еще нет.
— Я не мог дождаться, — сухо ответил Рик.
На мгновение Кристин как будто смешалась, но потом кивнула и отодвинулась на шаг в сторону.
— Входи.
Он переступил порог.
Кристин повела его внутрь дома. Она была босиком, в широкой футболке и шортах. Ее длинные волосы свободно спускались по спине. Неожиданно Рика охватило столь сильное желание дотронуться до шелковистых локонов, что пришлось сунуть руки в карманы шортов.
— Ну так что же, ты приобрела глину? — спросил он подчеркнуто деловым тоном.
Ответ был ему известен. Еще вчера брат обмолвился о том, что доставил глину Кристин.
— Интересно, зачем ей вдруг понадобилась сотня фунтов глины? — произнес Чак, потягивая пиво в «Погребке».
Сидевший рядом с ним Рик едва не выронил кружку.
— Сотня фунтов?
Боже милостивый!
Чак кивнул. Потом покачал головой.
— Кристин так и не призналась, для чего ей нужно столько глины. С возрастом наш Рыжик — помнишь, как ты называл ее в детстве? — становится таинственным.
И очень хорошо, с облегчением подумал Рик. Если бы она обо всем разболтала… Ему даже не хотелось думать, что было бы тогда.
— Возможно, она собирается лепить горшки, — произнес он, старательно изображая безразличие.
— Может быть. — Однако было заметно, что Чака не слишком убедило подобное предположение. — Золотце, что бы ты сделала с сотней фунтов глины? — обратился он к официантке Эмми.
Та усмехнулась.
— Вылепила бы себе парня.
Рик поперхнулся пивом.
— А что? — пожала Эмми плечами. — Пусть лучше глиняный, чем такой, как иные здешние!
Этот разговор был вчера, а сегодня Кристин сказала:
— Глина у меня есть. Наверху, в студии.
Когда они поднялись на второй этаж, она отворила дверь студии, но потом, словно вспомнив о чем-то, кивнула на другую дверь, которая находилась в конце коридора.
— Там ванная. Можешь зайти туда и переодеться.
Эти слова были произнесены так быстро, что поначалу Рик даже не обратил на них внимания. И пока смысл сказанного проникал в его сознание, Кристин исчезла в студии.
3
Ну и ну! Рик остался на месте, а ее слова эхом звучали в его мозгу. Можешь зайти туда и переодеться… Во что? В том-то и дело, что не во что! Вот он, момент истины. В качестве своеобразной платы за перемещение возведенной на пляже статуи Кристин требует фунт его плоти. Буквально.
Рик медленно вздохнул и посмотрел на закрытую дверь студии. Оттуда послышался звук, будто что-то упало, затем тихое ругательство Кристин. Следующий вздох дался ему немного легче. Он понял, что она тоже нервничает. Это странным образом успокаивало. Впрочем, утешение слабое, подумал Рик, закрываясь в ванной и принимаясь раздеваться. В самом деле, ведь не Кристин же придется предстать перед ним в обнаженном виде. Совсем наоборот!
«…Будь осторожнее, высказывая свои желания, — предостерегала Кристин покойная мать. — Порой они сбываются». Однако до сих пор ничего подобного в жизни дочери не случалось. Осуществление ее желаний почему-то запаздывало — вплоть до нынешнего дня.