Брат от неожиданности попятился.

— Это правда? — спросил он, нахмурившись. — Тогда почему я ничего не слышал о вашей помолвке?

— Потому что я ему отказала. — Софи прошла кабинет из конца в конец. Эмоции готовы были выплеснуться через край.

— Почему ты так поступила? — тихо спросил Сомертон.

— Ты сам знаешь. Я не могу выйти за него замуж.

— Из-за того, что у него внебрачный ребенок?

— Нет, дурачина! Потому что он маркиз!

— Ему нет дела до твоей родословной, — прошептал Сомертон.

Может, это и так. Вполне вероятно, Николасу это безразлично, но что скажут в свете?

— Уходи, Энтони. Ты становишься невыносимым.

— Так и быть! — Брат быстро удалился, оставив дверь за собой широко открытой.

Софи прижала ладони к вискам. Сегодня вес шло из рук вон плохо. Все началось еще с утра, когда к ней на сеанс пожаловала сама мисс Уэйнскот, чтобы еще до бала у Нортвудов выяснить, будет ли лорд Клейбрук для нее идеальной парой. И если в сеансе с Николасом она ничего не увидела, кроме сплошной черноты, с этой клиенткой видение было на редкость ясным.

И тем самым единственным мужчиной для нее действительно был лорд Клейбрук. Софи понимала, что ей придется сказать Николасу о том, что она ошибалась. Но к такому признанию она должна морально подготовиться, поскольку леди Нортвуд тоже была в числе клиенток Софи, эта дама настояла на том, чтобы и она посетила устраиваемый ею костюмированный бал. Впрочем, в маске она могла оставаться неузнанной и проследить за Николасом.

И тогда, наблюдая затем, с кем он будет танцевать, и общаться, она сможет решить, кто же станет для него идеальной парой.

Переполох в холле прервал ее размышления. Выйдя из кабинета, она увидела, что Николас прижал Сомертона к входной двери.

— Тебе мало твоей красавицы жены, приятель?

Тот захохотал:

— О, более чем достаточно! Отпусти меня, пожалуйста.

— Оставь мисс Рейнар в покое, — прошипел Николас, не вняв увещеваниям друга. Он нависал над Сомертоном, грозно раздувая ноздри. — И не смей больше никогда распускать о нас грязные сплетни.

Приятель склонил голову набок, встретился взглядом с Софи и ухмыльнулся:

— Насколько я понимаю, ты хотел бы знать, зачем я сделал ту ставку?

— Николас, оставь Энто… лорда Сомертона в покое. — Она чуть не проговорилась, назвав брата по имени.

Он отпустил приятеля и повернулся к ней.

— Ты не могла бы мне объяснить, почему этот женатый мужчина находился с тобой в кабинете при закрытых дверях?

Софи почувствовала, как в ней закипает гнев.

— Вообще-то это тебя не касается. — Она изо всех сил старалась не реагировать на довольную ухмылку брата, который подмигнул ей, пользуясь тем, что Николас стоял к нему спиной.

— Ты наняла еще лакеев, как я тебе предлагал? — спросил он.

Софи раздраженно махнула рукой Хендриксу, который неподвижно, как статуя, стоял посреди холла. По-видимому, поведение джентльменов ввергло его в шок.

— Ты сам видишь, что я этого не сделала. А к чему — твой вопрос?

— Ответ прямо здесь, перед тобой, — сказал он, кивнув на Николаса.

— Уходите, вы оба, — сказала она устало прикрыв глаза.

— Да, я ведь, кажется, давно собирался это сделать, — со смехом сказал Сомертон. — Удачи, дорогая!

Были дни, когда ей хотелось придушить старшего брата, и сегодня был как раз один из таких. Как только дверь за Сомертоном закрылась, Николас сердито уставился на Софи.

— Может, позвать еще одного лакея? — спросил Хендрикс, приходя в себя.

Хорошо, что у дворецкого хотя бы сейчас достало ума подумать о подмоге. Возможно, брат ее был прав, предлагая ей усилить штат слуг. Если бы Хендрикс не служил у них с тех времен, как она была еще ребенком, Софи, возможно, уволила бы его после сегодняшнего.

Но у нее просто не хватило бы духу так поступить со стариком.

— Я сама справлюсь с лордом Энкрофтом. — Она искренне надеялась, что ей это по силам. — Николас, я считаю, что ты должен сейчас же уйти.

От его взгляда по спине у нее побежали мурашки страха.

— Вначале мы должны поговорить.

Девушка отступила на шаг.

— Нет.

— Я настаиваю. — Он крепко схватил ее за локоть. — Нам многое надо обсудить.

— Ну что ж, согласна. — Софи вошла в кабинет.

Николас громко захлопнул за собой дверь. Его переполняли гнев и раздражение. И не приходило в голову разумного объяснения того вопиющего факта, что Сомертон находился с Софи в кабинете за закрытой дверью, кроме одного, самого очевидного. В таком случае понятно, почему он называл ее по имени.