«Эге, полчаса на таком солнцепеке — и можно получить солнечный удар», — подумал Иван и стал оглядываться в поисках тени, но тень здесь найти было невозможно. Редкие кустики были слишком малы, и не было ни скал, ни больших валунов — ничего такого, что можно было бы использовать как укрытие от палящих солнечных лучей.

Иван оглянулся назад и увидел, что спиной к нему стоит высокий, широкоплечий мужчина. В руке он держал длинный пастуший посох, на поясе висел широкий короткий меч. Иван кашлянул, мужчина быстро обернулся. Иван отметил про себя, что он не схватился за рукоять меча. Иван поднял обе руки вверх, показывая, что он безоружен, и улыбнулся, всем своим видом показывая, что пришел с добрыми намерениями.

— Я Иван, из Скифии, приветствую тебя, Заратуштра. Я пришел, чтобы увидеть тебя и поговорить с тобой, пророк.

— Слушаю тебя, Иван.

Лицо у Заратуштры было спокойным и приветливым. Украшением его лица, именно так хотелось сказать, были глаза, добрые и внимательные. Судя по всему, Заратуштре было лет сорок — сорок пять.

— Зачем Бог создал этот мир, Заратуштра?

— Какого Бога ты имеешь в виду?

— Творца.

— Бог — это тот, кому ты поклоняешься. Есть Бог добра и есть Бог зла.

— Бог один, Заратуштра. Я знаю это.

— Посмотри вокруг. — Заратуштра отвел руку с посохом и сделал жест другой рукой, показывая Ивану величественную панораму. — Все это создано для человека. Он цель и смысл творения. И пока мы живем, должны быть благодарны Богу за то, что мы есть.

— Откуда же зло и смерть, почему будет Конец света? Ведь это конец жизни. Почему зло победит?

— Ты говоришь, что Бог один. Так это или не так — кто может утверждать… Я же говорю, что в этом мире есть две воли: воля созидания и воля разрушения. Эти две воли древнее, чем мир, они для него закон. Но коль уж ты человек и имеешь свою волю, избирай, с кем ты. От тебя зависит, какая воля победит в конце времен. Пока ты борешься со злом, ты живешь правильно.

— Что есть зло, пророк?

— Все, что против жизни, есть зло. Смерть — вот главное зло. Пока человек жив, все можно исправить.

— Заратуштра, Конец света неизбежен?

— Да, юноша, — пророк опустил голову, — но Конец света — не есть конец жизни. Будет лишь решаться, что останется потом: добро или зло. И что продолжит жить там, за пределом, куда мы не можем заглянуть.

— Туманны твои слова, пророк, — сказал Иван. — Кто тебе сказал о том, что Конец света неизбежен?

— Я много думал о судьбе мира, и Бог открыл мне его тайны. Борись со злом, юноша, и смысл, и радость жизни откроются тебе.

Заратуштра поклонился Ивану и медленно пошел своим путем. «Кто-то сказал, что каков человек, таков и его Бог. Это неправда, но в этом высказывании много смысла, — подумал Иван. — Надо продолжить этот разговор. Заратуштра жил, кажется, лет за пятьсот до Иоанна, и его учение сегодня почти забыто. Почему?» Иван пошел следом за Заратуштрой…

— Заратуштра, могу ли я следовать за тобой? — громко спросил Иван. Заратуштра остановился, медленно повернулся лицом к Ивану и сказал:

— Следовать за мной? А знаешь ли ты, куда я иду?

— Нет, этого я не знаю. Но я хотел бы тебя еще о многом расспросить.

— Следуй за мной, если тебе по пути.

Заратуштра отвернулся и медленно пошел вниз по склону. Он шел очень быстро, хотя со стороны казалось, что он не торопится. «Так ходят только сильные люди, которым приходится очень много ходить. Видно, что у него запас силы очень большой и ходьба для него — самое обычное состояние», — думал Иван. Иван шел не отставая по пыльной каменистой тропке, наверное, вытоптанной скотом. Тропинка медленно спускалась вниз вдоль склона. Стали появляться отдельные деревья, и кустарники росли чаще, кое-где образовывая настоящие заросли. Наконец тропинка вывела на широкую дорогу, на которой были видны следы лошадиных копыт и колес.

Заратуштра остановился и, развязав кожаный мешок, который висел у него на плече, достал из него бурдюк. Он развязал бурдюк и налил из него воды в серебряный тонкостенный, слегка помятый кубок. Заратуштра молча протянул кубок Ивану и пристально взглянул на него. Он не отводил взгляда, пока Иван пил. Иван отпил немного и протянул кубок Заратуштре, тот кивнул и, допив то, что осталось, спросил:

— Сколько лет ты странствуешь по свету?

— С восемнадцати лет, а сейчас мне уже тридцать. Не менее двенадцати лет я в пути.

— Здесь недалеко есть источник. Пойдем туда, там отдохнем, — сказал Заратуштра, и они пошли по дороге на восток.

Источник был обложен большими камнями. Вокруг него росли красивые старые деревья, их здесь была целая небольшая роща. Но травы не было, ее давно вытоптали приходящие на водопой животные. И сейчас в этой рощице кого только не было: караван верблюдов, лошади, десятка полтора овец, погонщики, пастухи, какой-то богатый всадник с охраной. Все это шумное разнообразие было расцвечено бесчисленным количеством солнечных бликов: полуденное солнце пробивалось через кроны деревьев.