Было холодно. Линда ежилась, но не жаловалась, чтобы не огорчать Аманта.

Они медленно брели вдоль кромки прибоя, и следы их тотчас наполнялись водой.

Погода снова начинала портиться.

– Может быть, вернемся на станцию? – робко предложила Линда.

– Чепуха, дождя не будет, – упрямо мотнул головой Амант.

Между тем, судя по всему, на небе готовилось нечто грандиозное. Лиловая туча, закрыв полнеба, медленно и тяжко тянулась в зенит. Несколько раз многообещающе громыхнул гром. Однако Амант Сато скорее бы утопился, чем признался в совершенной ошибке. Он не сдался даже тогда, когда тяжелая капля упала ему на темя.

– Сейчас распогодится, – обнадежил он Линду, и в ту же минуту хлынул дождь.

Спрятаться было некуда, и молодые люди вмиг вымокли до нитки.

Море и небо слились в серую пелену.

Линда и Амант попробовали бежать, но через сотню шагов остановились.

– Уже можно не спешить, – сказала Линда, и они пошли шагом.

Внезапно Амант, смотревший на море, остановился.

– Погляди, что за штука? – сказал он, протягивая руку. В море, недалеко от берега, плавал какой-то предмет. Он был заштрихован косыми струями ливня, и разобрать его контуры было трудно.

Амант отпустил руку Линды и решительно шагнул в воду.

– Куда ты? – испуганно сказал Линда. – Утонешь, ты же не плаваешь.

– Сейчас отлив, здесь мелко, – ответил Амант, не оборачиваясь.

Когда Амант добрался до темного предмета, вода едва достигала ему до пояса.

Предмет вблизи напоминал цистерну, в которой перевозят молоко. К своему удивлению, Сато обнаружил сбоку люк. Не надеясь на успех, Сато потянул его – люк открылся. Амант сунул голову внутрь. В цистерне было полутемно, пахло обжитым помещением.

Поднимая тучи брызг, Амант помчался к берегу, где его терпеливо поджидала продрогшая Линда.

– Что там? – спросила Линда.

– Не разберешь. Наверно, рыбаки поставили. Пойдем спрячемся, – сказал Амант.

– Но мы не знаем, что там…

– Не все ли равно? По крайней мере, там сухо, – произнес Амант.

Последний аргумент оказался решающим. Первым в люк пролез Амант. Затем он подал руку Линде. Когда люк захлопнули, стены слабо засветились, разгоняя мрак.

– Капсула космических пришельцев, – сказала Линда, стуча зубами.

– Приют для бедных влюбленных, – произнес Амант, озираясь.

– Могу сказать совершенно точно: здесь живут артисты бродячего цирка, – сказал Амант. – Видишь – маски?

Сато взял одну из резиновых масок и дурачась напялил на себя.

– Акваланг! Наверно, это капсула для подводной охоты, – сказала Линда. Она уютно устроилась близ щитка с приборами.

Шум дождя сюда не доносился.

– Я уже сплю, – сказала Линда. – Как здесь тихо! Как в омуте.

– В тихом омуте черти водятся, – сказал Амант.

– Почитай, – сонным голосом попросила Линда.

– Ты же наизусть знаешь.

– Все равно. Мне нравится, как ты читаешь.

Амант откашлялся.

– Черти водятся, хороводятся, – повторила Линда, положив голову на щиток с приборами. Так она и заснула, как была в одежде.

Амант уснул чуть позже. Во сне он улыбался.

Задремавший было дежурный инженер проснулся от разрывающей головной боли. Впечатление было такое, словно по барабанным перепонкам били молотком. Кто-то кричал в уши несусветную чушь. Инженер напряг память. Откуда-то из подсознания выплыли слова:

– Что за черти? Что за чертовщина? – вслух чертыхнулся дежурный, снимая наушники.

– Ты чего нечистую силу поминаешь? – спросил напарник, заглянувший в дежурку.

Дежурный снял наушники и пожаловался на мучивший его во сне голос.

Напарник внимательно осмотрел наушники.

– Где-то непорядок. Включи внешний обзор, – сказал он. По экрану поплыла полоса побережья.

– А там, наверху, ливень прошел, – заметил дежурный. – Первая летняя гроза.

По выпуклой поверхности проплыл рыбацкий поселок. Затем показалась капсула, чуть покачивающаяся недалеко от берега.