– Это я тебя порежу, а не ты меня.

– Нет, я тебя достану, – возразил Лукас и начал отступать по дуге вправо, в противоположную от лезвия сторону.

– Не выйдет!

Из домика появился толстяк.

– Эй, что вы делаете? – возмутился он.

Лукас посмотрел на него.

– Расслабься. «Скорая» едет?

– Да, вот-вот будет, – ответил толстяк и сделал шаг к Мусорщику, – Дуг, дружище, отдай мне нож.

– Я его порежу, – сказал тот, приближаясь к Лукасу.

Он споткнулся, и Лукас тут же подскочил к нему, крепко взял за изуродованную руку, вывернул ее, ухватился за потрепанный правый рукав, сжал запястье и заставил выпустить нож.

– Ты арестован за нападение на офицера полиции, – сказал он, оттолкнув в сторону толстяка, поднял с земли нож, закрыл его и убрал в карман, – Понимаешь меня? Ты арестован.

Мусорщик посмотрел на него и кивнул.

– Сядь, – приказал ему Лукас.

Мусорщик, спотыкаясь, подошел к плоскому бетонному крыльцу перед домиком администрации свалки и плюхнулся на него.

– Вы все видели. Запомните это.

– Не думаю, чтобы он был в состоянии причинить вам вред, – сказал толстяк, с сомнением посмотрев на Мусорщика.

– Арест – это лучшее, что я могу для него сделать, – спокойно ответил Лукас, – Его заберут, помоют и займутся его ранами.

Мужчина немного подумал и кивнул. Зазвонил телефон, и он вернулся в офис. Полицейские и арестованный молча сидели и ждали. Неожиданно Мусорщик поднял голову.

– Дэвенпорт, что тебе нужно?

Его голос прозвучал четко, спокойно, глаза стали осмысленными.

– Кто-то убивает женщин, – ответил Лукас, – Я хотел убедиться, что это не ты.

– Я зарезал нескольких женщин, давно, – сказал Мусорщик, – Была там одна, с красивыми… ну, ты знаешь. Я делал на них виноградное вино.

– Да, я знаю.

– Давно… Им нравилось, – сказал он.

Лукас покачал головой.

– Кто-то режет женщин? – переспросил Мусорщик.

– Да, кто-то режет женщин.

Они еще немного помолчали, и Грив спросил Мусорщика:

– Почему парни это делают?

Вдалеке послышался вой сирены, который заглушил грохот грузовиков, направляющихся к границе свалки. Видимо, толстяк сказал, что вызов срочный.

– Так нужно, – ответил Мусорщик Гриву, – Если ты не будешь резать их, особенно хорошеньких, они перестают слушаться. А женщины должны слушаться.

– Да?

– Да. Если ты ее зарезал, она уже никуда не денется. Это точно. Никуда не денется.

– Тогда скажи, почему ты делаешь большой перерыв и никого не трогаешь, а потом начинаешь убивать женщин одну за другой?

– Я не убивал их, – возразил Мусорщик и бросил на Грива настороженный взгляд.

– Ты – нет. Так ведет себя тип, которого мы ищем.

Лукас с интересом посмотрел на парня в итальянском костюме лавандового цвета, болтающего с человеком без пальцев ног так, будто они сидели на улице перед кафе и пили капучино.

– Он просто начал убивать их, и все? – спросил Мусорщик.

– Да.

Мусорщик задумался, поглаживая лицо здоровой рукой, потом вскинул голову, словно нашел ответ.

– Потому что женщина заводит тебя, вот почему. Ты видишь женщину, и она тебя заводит. Словно хватает тебя за твою игрушку. Твой член несколько дней не дает тебе покоя, и ты просто должен что-то сделать с этим. Ну понимаешь, должен порезать каких-нибудь женщин.

– Женщина заводит тебя?

– Угу.

– И тогда ты берешь нож и убиваешь ее.

– Ну… – Мусорщик как будто попытался заглянуть к себе в душу, – Может быть, не ее. Иногда зарезать ту самую женщину невозможно. Была вот одна… – Он словно унесся от них, вернувшись в прошлое, – Но ты должен обязательно кого-нибудь зарезать, – сказал он наконец, – Если ты этого не сделаешь, твой член так и будет торчать и мучить тебя.

– И что?

– В каком смысле? Ты же не можешь ходить по улицам с торчащей игрушкой. Не можешь, и все.

– Я бы хотел, – фыркнул Грив.

Мусорщик разозлился, напрягся, его лицо исказилось.

– Ты не можешь! Не можешь так ходить!

– Ладно…

На свалку влетела «скорая помощь», а за ней через несколько секунд – машина шерифа.

– Пойдем, Мусорщик, мы положим тебя в больницу, – позвал его Лукас.

– Но ты должен заполучить ее, – сказал тот Гриву, вцепившись здоровой рукой в его брючину, – Рано или поздно должен получить ту, из-за которой твоя игрушка просыпается. Если женщина разгуливает по улицам и заставляет твой член торчать, когда ей захочется, значит, она себя плохо ведет. Она себя плохо ведет, и ты должен ее зарезать.