Усевшись рядом с извозчиком, сообщил адрес тетушки Питтипэт.

Извозчик неодобрительно оглядел грязный костюм Ретта.

— Уверены, что сможете заплатить?

— Уверен, что, если, не тронешься сию минуту, я тебя задушу, — ответил Ретт.

Извозчик, хлестнув лошадь, пустил ее рысью.

Но даже самая большая скорость была недостаточной.

На пороге дома Ретт забарабанил в дверь.

Минутку! Подождите, иду! — Дядюшка Питер, открыв дверь, ошеломленный отпрянул назад, — Капитан Батлер?

Ухи ты мой, за вами погоня, что ли?

Тетушка Питти в гостиной отложила штопку.

О боже, капитан Батлер! Вы с пожара? Ваша одежда! Вы же всегда были так красиво одеты. А что с вашей шляпой? Господи благослови! Не хотите ли вымыть руки? Питep, принеси таз и кувшин.

Вы слишком добры, мисс Питтипэт, — Ретт поставил свой саквояж на пол и открыл его, — Маленький гостинец для вас. Вот. Ох и руки у меня…

Пока Питтипэт разворачивала тончайшие бельгийские кружева, Ретт продолжил:

Как только я увидел этот воротник, то сказал себе:

«В этом воротничке мисс Питтипэт будет очаровательна».

О, капитан Батлер, как мне вас отблагодарить?

— Я не заслужил благодарности, мисс Питти. Всего лишь доставил украшения даме, которая в них не нуждается.

Что за сладкие речи, — хмыкнула Скарлетт, входя в гостиную. — Капитан Батлер, вы что, прекратили мыться?

Питтипэт выскользнула с подарком из комнаты.

У Ретта в волосах застряли угольки, лицо было измазано сажей. Пропитанная морской водой одежда, высохнув, заскорузла, а в нескольких местах была прожжена искрами из паровозной топки. Манжеты обтрепались, шляпа в руках походила на тряпку. Скарлетт обошла его кругом, словно оскорбленная кошка.

— Я так жаждал увидеть вас, дорогая, — сказал Ретт, — что не стал медлить.

— Увидеть меня? Чего ради? Господи, я искренне надеюсь, что не подавала вам никакой надежды. Капитан Батлер, не могли бы вы умыться, прежде чем обращаться к даме?

Дядя Питер принес кувшин, тазик, мыло со щелочью и ветхое полотенце. Пока Ретт, наклонившись, умывался, Скарлетт безжалостно продолжала:

— Сколько времени вы не обращали на нас внимания?

Не припомню, когда вы были у нас последний раз… В августе? В июле? — Она беззаботно рассмеялась. — Неважно. Как летит время!

Ретт вытер лицо.

— Я пытался устоять перед вашими неотразимыми чарами.

— Боже милостивый, — фыркнула Скарлетт, — Что за льстивые создания мужчины. Продолжайте, капитан Батлер. Этот вздор о «неотразимых чарах» мне даже нравится.

Ретт передал черное от сажи полотенце Питеру, и тот унес его, отставив руку с грязной тряпкой как можно дальше от себя.

Ретт хотел начать все сначала. Хотел рассказать Скарлетт о маленькой Мэг, об Уилле с плантации, о желтом шарфе. Хотел сказать о своей любви.

Но не мог вымолвить ни слова. В гостиной Питтипэт, не имея возможности ни сесть, чтобы не испачкать мебель, ни прикоснуться ни к чему, Ретт Батлер молча протянул Скарлетт О'Хара дар своей любви в грязном бумажном свертке.

— Что это? — спросила Скарлетт.

Глянув на желтый шелковый шарф, она беспечно бросила его на кресло.

— Большое спасибо, капитан Батлер. Вы очень добры.

Ретта внезапно охватила ярость. Он сглотнул ком, стоявший в горле, и холодно произнес:

— О, это пустяк. Небольшой знак восхищения дамой, которая столь же красива, сколь и добра.

После ухода от Питтипэт Ретт бродил по улицам, пока не остыл и не обнаружил, что стоит у лавки Белмонта, лучшего ювелира в Атланте.

На третий год войны мистер Белмонт скупил так много драгоценностей, а продал так мало, что решил прикрыть лавочкy. Когда Ретт Батлер попросил его подобрать лучшую брошь с камеей, мистер Белмонт буквально сломя голову кинулся к сейфу.

Девицы Красотки Уотлинг, как всегда, захлопотали вокруг Ретта.

Как вы испачкались, cher! — захихикала Минетта,—

Разрешите поскрести вам спинку?

Элен застелила кресло лошадиной попоной, чтобы Ретт мог сесть, а Минетта налила ему шампанского. Потом попросила Элоизу приготовить наверху горячую ванну.

А почему Элен не может?

Потому что у тебя сильные, толстые руки.

Когда Ретт спросил о Лайзе, Минетта, пожав плечами, рассказала о девушке.

Лайза приняла совет капитана Длинного Носа и ушла из «Красной Шапочки» в… увеселительное заведение. Но Лайза не куртизанка! — Минетта наклонилась сказать что-то по секрету, — Капитана Длинного Носа выгнали из Атланты. Он был удивлен и огорчен своим переводом.