— Как прошло?

Старый патологоанатом пожал плечами и кинул свои провощенные брюки в пластиковый контейнер для отправки в прачечную. Оставшись в одном белье «Ай-фронт» — серые носки сползли на щиколотки, мучнисто-белые ноги покрыты красными нарывчиками, — он показал на дверцы холодильных камер:

— Хочешь взглянуть?

— Не очень. — Но ящик все равно вытянул.

Это был старик: длинная седая борода, нос пьяницы, кожа бледная, покрытая коростой. Все одним куском, за исключением безобразного свежего шрама вдоль живота.

— Не этот, другой. — Доктор Фрейзер задвинул труп назад в холодильник. — Этого мы назвали Грязный Фредди, еще один несчастный бомж. Каждый год одно и то же — как только погода портится, они начинают много пить и засыпают у входа в магазин, чтобы не проснуться. Это такая беда — о бездомных никто не заботится.

Патологоанатом выкатил другой ящик.

— Вот. Маркус Янг. Странно, что тело почти не тронуто, хотя и здесь мясо начали нарезать на куски. — Доктор почесал живот с двух сторон. — Да… удивительно.

— Не могли бы вы объяснить, что значит «удивительно»? Фолдсу нужны подробности.

Доктор Фрейзер вздохнул и сунул ноги в носках в сабо, в которых ходил в морге.

— Если бы он потрудился перевернуть труп, ему бы никаких подробностей не потребовалось.

— Ну, возможно, он торопился на обед с начальством…

— Да? А я вот съел бутерброд с сыром и соленым огурцом, в котором не оказалось этого гребаного огурца.

Закрыв дверцу холодильника, Фрезер зашаркал по коридору в свой кабинет. Логан пошел за ним и, пока доктор надевал брюки, полосатую рубашку и натягивал джемпер сверху, позаботился о чае.

— Мне два кусочка сахара и молоко, — сказал патологоанатом, усаживаясь за письменный стол. — Я бы предложил тебе печенье, но его кто-то уже слопал. — Он достал стопку бланков и начал писать. — Вики и Маркус Янг почти наверняка убиты одним и тем же ножом: примерно восемь дюймов длиной, остро заточенный. Мужа сначала избили до потери сознания, затем перерезали горло вертикально, отсюда досюда… — Он показал, проведя пальцем по своей шее. — Затем прошлись по артериям и венам, задеты практически всё. Он истек кровью за несколько секунд, если учесть, что его положили вниз лицом. Голова отсечена сзади, что несколько необычно, одним ударом.

— Готово, — сказал Логан, ставя чашку с чаем на стол, — молоко, два кусочка.

— Ох, замечательно. Во всяком случае, надо искать человека, у которого была уймапрактики. Это профессиональная работа, мастерская. Взять хотя бы снятие кожи. — Он сделал глоток. — Могу предположить, что наша жертва, в данном случае Маркус Янг, превратилась из живого существа в кусок мяса примерно за тридцать минут. Никаких колебаний при разрезании суставов: пробные надрезы и всё такое, — только экономичные, чистые разрезы.

— А что насчет женщины?

— Гм? О… она — совсем другое дело. Тот же нож, но здесь уже не такая точность. Горло у нее распорото, а не разрезано. Не самая лучшая работа Мясника. Могу высказать резонное предположение: нашему убийце помешали.

— Помешали? — повторил голос от двери. — Это еще слабо сказано, не так ли? Скорее Мясника напугали до усрачки. — На пороге стояла Джекки Уотсон. При виде Логана с ее лица сползла улыбка. — Мой начальник желал бы услышать последние данные по вскрытию.

— Видишь? — Доктор Фрейзер сунул в чай кончик ручки и помешал. — Никто больше не желает присутствовать при вскрытии, им требуется только хорошо отредактированный отчет. Куда подевалась профессиональная гордость?

Джекки окинула Логана тяжелым взглядом:

— Если хотите, я могу прийти позже.

— Не глупи. — Патологоанатом показал на стулья для посетителей. — Опускай свою попку, а сержант Логан сделает для тебя славную чашечку чаю.

Так начались одни из самых неловких для Логана полчаса за последние три месяца. В какой-то момент — когда доктор что-то говорил насчет рисунка крови — нога Логана случайно коснулась ноги мисс Уотсон. Джекки открыто поморщилась.

Затем, когда всё закончилось и патологоанатом выпроводил их из своего кабинета, они остановились в коридоре, не глядя друг на друга.

Логан:

— Я был…

Джекки:

— Это не…

Пауза.

Она кашлянула:

— Ты первый.

— Мне предложили должность инспектора…

— В самом деле? — Похоже, это сообщение произвело на нее впечатление.

— К Фолдсу, в Бирмингем.

— Бирмингем?