— Тогда что вы успели сделать?

— Я начала писать предварительный отчет…

На Фолдса это не произвело впечатления.

— Вы просидели здесь все утро, констебль. Так где же история семьи, где временная шкала, где сведения о месте ее работы?

— Я… это не так просто… Николь не просидела спокойно и двух минут. Она нервничает. Наверное, всё еще в шоке.

— Послушайте, — сказал Фолдс, — у вас есть возможность доказать всем, что вы не из портачей…

— Что? Я никогда не портачила! Кто сказал, что я портачила?

— После истории с Уильямом Лейтом…

— Это не моя вина! Откуда мне было знать, что он убил свою жену? Он же сказал, что это сделал Мясник. Все…

— Кое-кто считает, что опытные работники не допускают таких ошибок.

— Это так,да… — Она взглянула на Логана, но у него не было ни малейшего желания впутываться. — Я стараюсь.

— Именно это меня и беспокоит. — На лице Фолдса появилась дружеская улыбка, потому что из кухни вернулась хозяйка с двумя тарелками, на которых горой лежало мясо и что-то невзрачное. Одну тарелку она поставила перед констеблем Мунро, и та резко побледнела.

— Я… я вообще-то вегетарианка, простите… Знаете, в последнее время едва ли не половина города стали вегетарианцами, верно? — Она с трудом выдавила улыбку. — Но выглядит замечательно.

— Вот как… — Николь забрала тарелку. — У меня есть томатный суп в банке, хотите? Я могу…

— Вы лучше садитесь, — обратился к ней Фолдс. — Констебль Мунро сама о себе позаботится. — Он бросил на нее уничижительный взгляд: — Так ведь?

Скупая улыбка:

— Разумеется, сэр.

Поставив свою тарелку на колено, Логан подцепил вилкой кусок и уставился на него.

— Это… — Элизабет покраснела. — Я знаю, о чем вы думаете, но здесь всё в порядке. Я привезла мясо из Данди. Это не… — Она хлопнула ладонью по экземпляру «Абердин Икзэминер», лежащему на кофейном столике. — Это не местное мясо.

Спасибо и на том.

Логан положил мясо в рот.

— Ммм… очень вкусно. Куда лучше, чем то, чем нас кормят в нашей столовой.

Хозяйка просияла от гордости.

— Наверное, это звучит глупо… — обратилась она к Фолдсу, — но ваше лицо кажетесь мне знакомым. Мы раньше не встречались?

Начальник полиции смущенно пожал плечами:

— Когда я был моложе, я работал на телевидении, вел передачу.

— А… понятно.

— А теперь, Элизабет, — сказал Фолдс, когда она начала есть, — я не хочу портить вам ленч, но мне очень надо задать несколько вопросов насчет той ночи, вы не против? Тот человек, который зашел в дом к Янгам, он был выше меня?

— Я… — Она показала на кухню, куда ушла Мунро. — Я всё ей рассказала, что помнила.

Но Фолдс не отступал:

— Человеческий мозг — удивительная вещь, дорогая Элизабет. Иногда какие-то детали всплывают через несколько дней, может, даже недель. И я готов поспорить, что мы вместе сможем еще что-то вытащить на поверхность. — Он подмигнул.

Следующие пятнадцать минут он выпытывал у нее подробности, меняя тему с Мясника на что-нибудь отвлеченное — например, расспрашивал о шаре из Кракова, — а затем снова возвращаясь к Мяснику. Такая методика оправдывала себя — каждый раз они получали больше информации.

Логан отодвинул пустую тарелку, радуясь, что Элизабет почувствовала себя полезной, накормив его.

— Нет, только взгляните на часы! — театрально воскликнул Фолдс. — Всё, пора двигаться, иначе я опоздаю. — Он встал, жестом предлагая Логану последовать его примеру. — Спасибо вам за гостеприимство, Элизабет. Если вспомните еще что-нибудь, позвоните мне, договорились? — Он вытащил визитную карточку, черкнул что-то на обороте и протянул ей: — Звоните в любое время: утром, днем, ночью — не имеет значения.

Уже в машине, когда Логан гнал назад, в город, Фолдс позволил себе самодовольно улыбнуться:

— Теперь видишь, чего можно добиться, будучи целеустремленным..

— Вам не кажется, что вы слишком на нее давили?

Фолдс кивнул:

— Это самое главное, сержант. Некоторых людей надо приманивать морковкой, других палкой. Да, она, верно, решила, что я полный мерзавец, но на что угодно готов поспорить: Элизабет Николь задействовала свою память на сто двадцать процентов.