Шрифт:
– Лиллемур!
– позвал ее Ян, стараясь перекричать шум толпы.
– Иди сюда, здесь Седергрен!
Лиллемур тронула Штеффи за плечо.
– Может, еще увидимся, - сказала она.
– До встречи, Стефания.
Нелли удивленно посмотрела на сестру.
– О чем это она? Что ей жаль?
– Да так, пустяки, - ответила Штеффи.
– Мы говорили об одном общем друге.
– О Свене, - перебила ее Нелли.
– Я же его знаю!
Появление Кариты Борг избавило Штеффи от необходимость отвечать.
– Нелли! Нелли, милая! Как славно, что ты пришла! А это, я полагаю, твоя старшая сестра. Приятно познакомиться!
Она повернулась к мужчине, стоявшему рядом.
– Вот она, малышка Нелли. Девочка послужила мне моделью для «Еврейской мадонны I и II».
«Еврейская мадонна»? Штеффи охватило дурное предчувствие.
– Это две картины?
– спросила Нелли.
– Да, - ответила Карита.
– Разве вы их еще не видели? Они вон в том зале.
– Пошли, - выпалила Нелли и схватила Штеффи за руку.
– Пошли, посмотрим!
– Сходите, - сказала Карита и рассеяно махнула рукой.
– Сходите посмотрите. Увидимся позже.
В соседнем зале было не так людно. Казалось, что гостей больше занимали разговоры и напитки, чем картины.
Оба портрета Нелли бросались в глаза сразу при входе в зал.
Слева висела картина, написанная Каритой Борг на острове. Нелли сидит в кресле, накрытом разноцветной тканью. На ней платье с желтыми цветами. Ее розовое личико обращено к пухленькому лепечущему младенцу, которого она держит на руках. Картина лучится теплым золотистым светом.
Справа другой портрет такого же формата с похожим мотивом. Девочка с чертами Нелли держит на руках младенца. Но цвета холодные: серые и голубые. Глаза девочки провалились, голова обрита наголо. Девочка одета в полосатую тюремную робу. На заднем фоне - ограждение из колючей проволоки. Ребенок на руках девочки мертв.
Штеффи покосилась на сестру. Нелли стояла, широко распахнув глаза и приоткрыв рот.
– Там, - запнулась она.
– Это ведь не я?
– Нет, - сказала Штеффи, - это не ты, Нелли.
Внутри Штеффи все клокотало от гнева. Кто дал право Карите Борг изображать Нелли в таком виде?
Лицо Нелли исказилось. Она вот-вот была готова расплакаться.
– Она похожа на меня! Штеффи, она похожа на меня!
Ее голос стал тонким и пронзительным. Тут в зал вошли мужчина и женщина.
– «Еврейская мадонна I и II», - прочитала женщина в каталоге выставки.
– Впечатляет, - сказал мужчина, - очень, очень впечатляет.
– Заставляет задуматься, - в тон ему ответила женщина.
– А какое изысканное цветовое решение!
– Тысяча двести крон. Довольно дорого. Но формат, конечно, большой.
– Пойдем, - сказала Штеффи сестре.
– Пойдем отсюда.
Они протиснулись через главный зал к выходу. У дверей их остановила Карита Борг.
– Уже уходите? А я хотела представить Нелли кое-кому...
– Да, мы уходим, - сказала Штеффи.
– И будьте любезны впредь оставить мою сестру в покое.
Карита Борг подняла брови.
– Я что-то не понимаю?
– Да, вы не понимаете, - повысила голос Штеффи.
– Вы ничего не понимаете. Вы не понимаете даже того, что сами рисуете. Вы пользуетесь страданиями других. Вы - самый бессердечный человек из тех, кого я знаю!
– Должна вам сказать, - холодно ответила Карита Борг, - что у вас, девушка, - как вас там зовут?
– у вас весьма поверхностный взгляд на искусство. А сейчас простите, у меня интервью.
Она повернулась к ним спиной и улыбнулась в объектив фотоаппарата. Сверкнула вспышка.
Глава 38
Нелли не знала, что было хуже всего на вернисаже. Сама картина или поведение Штеффи. Не следовало кричать на Кариту и позориться перед людьми. Можно было просто уйти оттуда, тихо и спокойно.
Штеффи все еще заметно нервничала. Она бежала по центральной улице, словно галерея и Карита преследовали ее.