— От поисковых отрядов нет никаких хороших новостей, — она подошла ближе к учителю, склонив голову. — Давид сейчас возвращается обратно. Рядом с замком ее нет, а прорваться за пределы проверенной территории она бы физически не успела. Наши воины мгновенно оцепили весь лес. В замке ее тоже нет, мы проверили каждый закоулок, каждую щель.

— И где же она в таком случае? — зло спросил мужчина, взглянув на ученицу. — Испарилась?

— Я не знаю.

Он присел на край стола и потер виски, что-то напряженно обдумывая.

— Конечно не знаешь, можешь идти, Дейдра.

Девушка воспользовалась такой внезапной добротой некроманта и мгновенно вылетела из комнаты.

Алестер снял защитный колпак и без сожалений вылил всю жидкость в полыхавший неподалеку камин. Вся волшба была напрасной, не удалось найти ни единой зацепки, ни одного следа.

— Лиз?

Если Шейнара у нее, то она просто не ответит. А вот если нет, то магичка не сможет игнорировать его зов. Слишком хорошо он знал колдунью.

Ответа не было минуты две, но затем где-то в глубине сознания появилась яркая связующая нить.

— Какие люди и без охраны… — голос уставший, но от колкости она отказаться не смогла.

— И ты, и я знаем, что Шейн куда-то исчезла, — спокойно начал мужчина диалог. — И исчезла явно не без твоей помощи. Вот только у тебя ее нет, значит что-то пошло не так.

— Меня всегда раздражала твоя излишняя проницательность, — кажется, она вздохнула.

— Тогда, милая, ответь мне на один единственный вопрос. Кто отец Шейн? И почему, Нейт побери все эти загадки, она неподвластна никакой магии и не ищется даже магией крови?

— Во-первых, я давно для тебя не милая, — заметила Лизавета. — Во-вторых, если ты резал мою дочь ритуальным клинком, чтобы проделать этот твой обряд, то я тебя разорву на клочки. И в-третьих, ее отец — не твоего ума дело. Но поверь, лучше тебе молиться о том, чтобы никогда и нигде с ним не встретиться.

— А угроз то сколько, — усмехнулся темный маг. — Зря, все глупые и по-детски банальные.

— Ты же понимаешь, что теперь войны не избежать.

— Вам не выиграть. Армия почти в моих руках! — отрезал бескомпромиссно некромант.

— Ах, это сладкое почти.

— Рассчитывая на легкую победу, вы начнете долгий и тяжелый конфликт.

— Нам давно надо было во всеми разобраться, Ал. Мы чересчур долго портили друг другу нервы на расстоянии, — в ее словах чувствовалась горечь.

— Ты сама отказалась от того, что было, Лиз, — вдруг начал он. — Ты сама меня оттолкнула. Если бы не твое предательство, я бы до сих пор прекрасно мог жить в Корладе. Мог бы быть с тобой…

— Предательство? — колдунья рассмеялась, горько, словно скрывая подступившие слезы. — Неужели ты так ничего и не понял, Алестер? Неужели ты до сих пор считаешь, что это я натравила на тебя мерридийских магов? Тогда мне искренне жаль тебя. И жаль себя, потому что я тебя любила. До встречи, мой любимый враг.

Она оборвала связь так резко, что некромант пошатнулся, стараясь прийти в себя и перебороть последовавший за телепатическим общением откат.

Он ненавидел ее, всей душой. Ненавидел долгих двадцать пять лет.

Но назло все обстоятельствам, всем словам, любил, видимо, все равно больше.

— И сколько лет ты сражаешься?

— Пятнадцать, но с перерывом.

Я отвечала на вопросы темного параллельно с тем, как за обе щеки уминала горячую кашу с вареным мясом. Я и не думала, что настолько проголодалась. Но как только мне дали теплую одежду и усадили за стол, накинулась на еду так, будто бы не ела сто лет.

— Давно хан?

— Давно.

— Кто твой наставник? — очередной вопрос. Вернее, допрос.

— Полуэльф.

Тонкие серебристые брови капитана непроизвольно сложились домиком.

— Это невозможно!

Я чуть не подавилась. Ну надо же, заладил «невозможно, невозможно»… Что за ерунда? Они что, совсем тут одичали в своей глуши?

— Почему? Вон в любом городе на материке отыщется пара десятков половинчатых по крови, — высказала я всем давно известную истину. Правда, официальные браки среди представителей разных рас были редкостью, но вот дети появлялись у них довольно часто. — И многие хорошо сражаются.

— Человек в Эйемском лесу, да еще и хан, выученный полукровкой. Странная ты какая-то… Просто нереальная.