Спустя десять минут из тьмы показалась шишковатая голова, вымазанная в крови и

припорошенная перьями. Охранник кладбища постоял на месте, прислушиваясь к

ощущениям. Голод немного утих, но увы — не ушел насовсем. В птицах оказалось

мало силы. Необходимо охотиться еще.

Пес осторожно побрел вдоль домов. Прятался в тени, прислушивался. Но городские

коты давно почуяли запах Смерти, разбежались и попрятались. Можно залезть в

какой-нибудь подвал или на чердак, попытать счастья с мышами… Но что толку?

Беготни много, а сытости никакой.

Подчиняясь наитию, Пес пересек улицу, пробежал через несколько дворов. В круги

света заходил неохотно. То, что его могли увидеть двуногие не особо волновало

охранника. Но свет отнимал и без того крохотные силы, а голод мучил с удвоенной

яростью. Наконец, впереди появились густые заросли, деревья и кусты. Пес зашел в

один из запущенных городских парков. С облегчением встряхнулся, стал изучать

территорию.

После получаса безрезультатных поисков мертвецу несказанно повезло. Почуял

жизнь… яркую и сочную, человеческую. Двуногий был в одиночестве, вокруг на

многие сотни метров ни души. Легкая добыча… С другой стороны Пес не настолько

окреп, чтобы справится с человеком. Голод подстегнул и охранник решился.

Медленно пополз через кусты, стараясь не шуметь…

Сидор, пятидесятилетний бродяга лежал на ложе из старых тряпок, полиэтиленовых

пакетов и картона. В животе сыто ворчало, в голове восхитительная легкость и

туманная дымка. Сидор чувствовал себя почти счастливым. Слушал шелест листьев,

шорохи ночного парка. Лениво размышлял о смысле бытия и превратностях судьбы.

Лет пять назад Анатолий Сидорович Жарков, инженер-технолог и просто алкоголик

изнывал от бремени существования. Стервозная жена устраивала скандалы и пилила

каждый день, отбирала деньги и прятала водку. Дети воротили носы, норовили

облить грязью собственного отца. На работе не ладилось. Проект, сделанный в

алкогольном угаре, оказался убыточным. Начальство угрожало увольнением.

Коммунальщики требовали оплаты долгов, подали в суд.

Но никто: ни жена, хорошая, в общем-то, женщина, хозяйственная и добрая… ни

дети, ни сотрудники не знали кто на самом деле Толик. А Жарков был мечтателем и

философом с большой буквы! В воображении рождались невероятные и зачастую

необычные мысли. Сидор знал как сделать мир лучше, изменить государство,

связаться с инопланетянами… С самого рождения ощущал, что достоин большего.

Верил в величие разума, планировал высказать человечеству свои мысли, написать

книгу. Настоящую, добрую и светлую. Но что-то постоянно мешало и отвлекало:

учеба в университете, бурные попойки с друзьями, хлопотная семейная жизнь. И

Толик откладывал на потом. Просыпался каждое утро с мыслью: «Немного свободы,

чуть-чуть времени и возьмусь!» Но день проходил за днем, летели годы, а Жарков

все больше погрязал в мелочных проблемах. От безысходности и скуки начал много

пить.

А в один прекрасный день жизнь преподнесла кучу неприятных сюрпризов. Придя на

работу, Толик обнаружил приказ на увольнение. Забрал трудовую книжку, выходное

пособие и отправился в ближайший кабак заливать огорчение. Ближе к вечеру

вернулся домой. Но ни жены, ни детей не нашел. Большая часть вещей оказалась

вывезена. А еще через час приехали судебные исполнители с нарядом милиции и

отобрали ключи от квартиры. Жилье конфисковали за долги. Так Анатолий Сидорович

Жарков превратился в Сидора, обыкновенного бездомного бродягу, бомжа… И обрел

долгожданную свободу.

Первый год новой жизни дался очень тяжело. Приходилось терпеть голод и холод,

учится существовать без работы и крова. Но Сидор свыкся, подружился с другими

бродягами. И постепенно вошел во вкус… Все реже Толик вспоминал о прошлом,

позабыл о великих мечтах. Каждая минута была занята поиском пропитания, мест

ночевок, борьбой за жизнь. Неприятный запах, отросшая борода и лохмотья на теле

уже не вселяли ужас… Но иногда, в моменты сытости и хорошего настроения

поддержанного высоким градусом, разум Жаркова взлетал выше облаков, пронзал

небесные сферы, строил и разрушал миры, империи…