Пока Дижани оставалась в командной рубке, он успел прогуляться по борту «Неустрашимого», поесть и выпить пару чашечек кофе, пообщаться с младшими офицерами… И вот, наконец, понял, что дальше тянуть нельзя, надо возвращаться к своим обязанностям.

Дижани все так и не сменила своего места пребывания, и Гири в который раз подумал, как все-таки сложна и ответственна работа командира корабля. Он окинул монитор взглядом, однако там за время его отсутствия ровным счетом ничего не изменилось.

— Дижани, передайте, пожалуйста, по дивизиям, что мы будем сражаться в позиции «Фокс пять».

— «Фокс пять»? Не могу дождаться, как увижу, что Синдикат в кои-то веки убегает от нас, поджав хвост, — усмехнулась она.

«И я. Надеюсь, что нам удастся это провернуть. Слишком уж много всего зависит от данной операции. Так, до столкновения с ними у нас еще два часа. Долго. Очень долго. Похоже, я все-таки погорячился с приказом».

Следующий час тянулся томительно медленно, но и он неминуемо подошел к концу.

— Итак, Таня, мы готовы нанести достойный удар нашему столетнему противнику, — Дижани воинственно усмехнулась, а Гири, включив коммутатор, начал отдавать соответствующие указания.

— Внимание, внимание, всем составным частям союзной флотилии слушать меня и четко все запоминать, что непонятно — переспрашивайте. Сражаться с противником мы начнем в условленное время, относительно которого вы теперь все поставлены в известность, в позиции «Фокс пять», повторяю! «Неустрашимый» возглавляет военную флотилию.

— «Фокс пять»? — переспросила, не особо знакомая с военной терминологией, вице-президент Рион.

— Способ расположения войск.

— Ну, если я могу судить по транслируемому изображению, они сейчас у вас все передвигаются в разные стороны, — слегка скептически заметила Рион.

— Так и задумано, — подмигнул ей Гири. — Если все корабли сосредоточатся на одной стороне, ими будет трудно управлять.

Рион в сомнении покачала головой.

— Все, что я сейчас вижу, капитан, — это кучку рассредоточенных в пространстве судов при отсутствии единого центра управления и слаженности действий.

— Боюсь, вам следует дождаться непосредственно самого сражения и во всем самой убедиться, госпожа вице-президент. — Гири знал, что он сейчас слишком нервничает, слишком переживает в предвкушении битвы и потому не в силах что-нибудь кому-нибудь вразумительно объяснить, особенно человеку со стороны, не задействованному ни разу ни в одной космической схватке. Он целиком и полностью сосредоточился на экране, стараясь успокоиться. По мере продвижения флотилия разделилась на три части. Впереди шел «Неустрашимый», представляющий первую боевую дивизию, над ним и чуть позади сформировали окружение боевые корабли, являющиеся второй боевой дивизией, и, наконец, третью составляли замыкающие флотилию корабли. Все вместе, во главе с «Неустрашимым», они производили весьма внушительное и грозное впечатление. Флотилия двигалась со скоростью в три десятых световой секунды и не спеша приближалась к противнику. Гири облегченно вздохнул, когда почувствовал, что отданные им приказы и указания исполняются в полном соответствии с их буквальным значением и трактовкой; все корабли четко держали свои позиции. Гири взглянул на часы и понял, что сейчас наступает один из самых ключевых моментов сражения в целом.

— Всем подразделениям внимание-внимание, говорит главнокомандующий Джон Гири. Поскольку наша с вами флотилия — это большой и подвижный механизм, я решил назначить каждому подразделению своего главнокомандующего, слушаем и запоминаем: головная часть, во главе с «Неустрашимым» — за мной, командующим первого подразделения объявляется капитан «Отважного» Дьюллос, командующим второго — капитан «Ориона» Ньюмос.

Дижани одарила Гири сочувствующим взглядом.

— Сэр, капитан Ньюмос…

— Да, я знаю, но у меня не было выбора.

Гири опять активировал громкую связь.

— Командующим третьего подразделения назначается командир «Неистового» Кресида. Командующим четвертого — командир «Героического» Ландис, командующим пятого — капитан «Левиафана» Тулев.

Гири бросил еще один удовлетворенный взгляд на монитор, который отображал все войска четко по указанным позициям. Затем он увидел легкую обеспокоенность, написанную на лице капитана Дижани.

— Что-то случилось, капитан?

Дижани молча посмотрела на Гири и замялась.

— Капитан, мне нужно ваше четкое и честное мнение.

— Прошу вас.

— Хорошо, сэр, я постараюсь сейчас сформулировать это надлежащим образом. Я знаю, что мы проводили эмуляцию именно с использованием этой строевой позиции, «Фокс пять», однако мне все равно не дает покоя наша дистанция между нами и Синдикатом…

— Понял вас, капитан, смотрите. Разделение флотилии вкупе с бездействием, разумеется, позволят врагу с легкостью разнести нас в пух и прах. Но кто сказал, что мы будем бездействовать?