Тавров после минутного колебания решил задать этот вопрос Виктории. Он взял телефон, и в этот момент мобильник зазвонил. Тавров взглянул на номер: Виктория. На ловца и зверь бежит!

– Как удачно, Виктория, что вы позвонили! А я собирался звонить вам…

– Да, Валерий Иванович! Я уже вышла с работы и решила вам позвонить, чтобы сказать… Да, а вы что-то хотели спросить?

– Скажите, Виктория, а кто занимался приемом на работу Владимира Морозова?

– Обычно приемом новых работников занимаются их непосредственные начальники, – пояснила Виктория. – Потому что потом за работу подчиненных именно с них спрос и будет.

– Разумно! – одобрил Тавров. – То есть на работу Морозова принял непосредственно начальник службы безопасности вашей компании?

– Да, выходит, что так.

В голосе Виктории проскользнула нотка неуверенности, и это не укрылось от Таврова.

– А как оно обстояло на самом деле?

– Дело в том, что заместителем директора по вопросам безопасности у нас в то время был Евгений Петрович Зайкович, – начала объяснять Виктория. – Он всю жизнь проработал в кадрах МВД, обладал какими-то связями, несмотря на то, что давно был в отставке…

– То есть он никому не объяснял мотивов, по которым принимает человека на работу? – уточнил Тавров, пробивая через свою базу данных Зайковича.

– Обычно он вместе с приказом приносил папку с данными на человека, но Дмитрия Сергеевича это мало интересовало.

– А как мне поговорить с Зайковичем? – спросил Тавров.

– Никак. Еще в декабре прошлого года Зайкович уволился по собственному желанию.

– Тоже повздорил с директором? – усмехнулся Тавров.

– Нет, что вы! Он должен был лечь на обследование в больницу, а затем ехать на длительное лечение. Но первого января он скончался. Обширный инфаркт. Шеф оказал помощь семье Зайковича в организации похорон.

Однако! А не было ли у Морозова конфликтов с начальством на предыдущих местах работы? Странная закономерность: начальство мрет, а вскоре Морозов увольняется. А что, если Морозова использовали в качестве киллера для расправы с неугодными? А его увольнение якобы из-за мести Обнорского – на самом деле всего лишь прикрытие преступления?

Тавров настолько задумался, что Виктория заволновалась из-за затянувшейся паузы:

– Алло, Валерий Иванович! Вы меня слышите?

– Да-да, Виктория… Извините, я задумался. Скажите, а после увольнения Морозов ни с кем из работников вашей фирмы не встречался? Или с вашим шефом, например?

– С Обнорским? – удивилась Виктория. – Смутно представляю, зачем бы это могло ему понадобиться!

– Ну, допустим, Морозов мог требовать от Обнорского какие-нибудь невыплаченные при увольнении деньги, – предположил Тавров. – Или хотел получить моральную компенсацию за вынужденное увольнение.

– Ха! Вы плохо знаете шефа! – с сарказмом хмыкнула в трубку Виктория. – Жлоб он редкостный. Он в ресторане за даму никогда не заплатит, даже если и рассчитывает ее в течение ближайшего часа затащить в койку! Из всех наших сотрудниц, с которыми шеф крутил романы, только Пургиной он однажды преподнес букет роз. Какую компенсацию можно с него получить?!

Тавров вспомнил высказывание Обнорской о своем муже: «Вел себя как обычное быдло… которым, в сущности, он и был всю жизнь». Эти две женщины, впустившие в свою жизнь господина Обнорского, на редкость единодушны в своих суждениях о нем. Как говорится в одном анекдоте: «в комментариях портрет не нуждается, ибо сам говорит лицом».

– Спасибо, Виктория, – поблагодарил Тавров. – Не смею вас больше задерживать, тем более что вы наговорили уже на приличную сумму. Обещаю пополнить счет вашего мобильника!

– Спасибо, это было бы кстати! – рассмеялась Виктория и отключилась.

Тавров вдруг вспомнил, что это Виктория ему звонила: видимо, хотела что-то сообщить, но он довольно бесцеремонно перебил ее, начав задавать вопросы. И Тавров набрал номер Виктории. Приятный женский голос сообщил, что «данный вид услуги в настоящее время абоненту недоступен». Черт! Похоже, что Виктория превысила лимит. А что, если с ней что-нибудь случилось? От последней мысли Таврова бросило в холодный пот. Он вскочил из-за стола и выбежал в приемную, напугав мирно пившую чай Катю.

– Катенька! Где можно срочно пополнить счет мобильника? – торопливо спросил он.

– Да вон, за углом магазичик, там стоит терминал, «Киви», по-моему…

– Спасибо!

И Тавров, натягивая на бегу куртку, бросился на выход. Чуть не упал, поскользнувшись на вроде бы тщательно очищенном тротуаре. Ну откуда у наших дворников привычка через каждые десять метров идеально вычищенных от снега и льда дорожек оставлять ледяные лужицы размером с ладонь?!

Терминал в магазине злорадно светился телевизионной таблицей: отключен. Тавров в отчаянии обратился к продавщице: