После всего они немного полежали рядом, и Патриция почему-то снова упомянула про ту карусельную лошадку из стрип-шоу. Сказала, что хочет себе такую же. «В детстве, что ли, не доиграла?» После этой встречи Шинкарев хотел понять, была ли какая-то иная цель у этого знакомства. Вербовать его не пытались. Важной информацией он не обладал, да она ни о чем и не спрашивала. Тогда что, просто симпатия? Нет, было за этим что-то, но вот что именно, Андрей не выяснил — ни тогда, ни позже, хотя они еще несколько раз встречались на разных международных перекрестках.

А в ту ночь, выпив на прощанье, она отправилась досыпать в свой номер. Оба были люди служивые, и каждого ждал трудный день. Андрей, еще раз сходив в душ, тогда уснул быстро, и сейчас тот сон сливался с нынешним сном, в пустой комнате, изрисованной лунными тенями. Было бы вполне естественным, проснись Шинкарев вдруг от прикосновения горячего женского тела, скользнувшего к нему в постель. И он проснулся — но в одиночестве. По-прежнему было темно, тени на потолке немного сместились. Что разбудило Шинкарева? Вроде бы ничего, в доме стояла тишина. И все же внутреннее чувство говорило ему, что спать не время. Андрей оделся, оставшись босиком. Что дальше? Спуститься в гостиную? Если что, можно сказать, что захотелось еще выпить в баре. Или покинуть дом через окно, благо с вечера оно осталось притворенным, но не запертым? Андрей осторожно отвел створку и, подтянувшись на руках, скользнул в ночные прохладные джунгли.

Над окном стена дома поднималась метра на полтора, дальше шла одна из террас.

«Туда не надо. И в сад спускаться не надо, наследишь только».

Показалось, что на бликующей глади моря что-то мелькнуло. Шинкарев пригляделся: вроде бы узкое темное пятно пересекло лунные блики и пропало. Ощупав босой ногой шершавую, чуть влажную поверхность известняка, Андрей осторожно двинулся в сторону моря. Виллу он обходил по скале, цеплялся за гибкие стволы деревьев, время от времени скрывался в нависающих зарослях.

Дом остался позади, скала пошла на спуск, выдвигаясь в море. Там, на воде, снова мелькнул темный силуэт. Теперь Андрей понял, что это такое: сверхмалая подводная лодка, какие используют для диверсионных высадок. По скале Шинкарев продвигался бесшумно, короткими рывками пересекал участки, освещенные луной, замирал и осматривался в глубоких тенях. С моря послышался рокот, и у берега показалась резиновая лодка с мотором, идущая на малом ходу. В лодке виднелись два человеческих силуэта. «Резинка» скрылась в бухточке, отделенной от пляжа скалой; звук мотора на мгновение усилился, срезонировав меж мокрых каменных стен, затем умолк. Плеснули весла, лодка исчезла в глухой темноте.

Андрей ждал, вжавшись в широкую расщелину. Минут через пятнадцать снова послышался плеск весел. Ритмично заурчал маломощный моторчик, булькнув, заработал винт. Лодка пошла в море, к ожидавшей ее субмарине. Потом субмарина неслышно погрузилась, море снова стало пустынным.

Андрей оглянулся в сторону виллы — слабый свет зажегся в баре за стеклянной стеной. Там двигались две фигуры — похоже, Крыса и Чен. Чен наклонил бутылку над стаканами, чокнулся с Патрицией, и оба выпили.

«Пока у них свет горит, они снаружи ни хрена не видят. Живо в дом! А то еще вздумают пригласить в компанию... вот смеху-то будет!»

Проскользнув в комнату, Андрей прыжком приблизился к двери, приотворил ее, прижавшись к стене. По лестнице, облицованной кафелем, прошлепали босые ноги Крысы — ее походку он знал на слух.

— Ты все поняла? — снизу, из гостиной, послышался негромкий голос Чена.

— Разделить на две части, — внятным шепотом ответила Патриция.

— Точно. Готовить первую, но ключевые данные свести во вторую.

— Во что ты играешь, Чен? Это опасно.

— Ты не поняла, детка. Это я сейчас опасен.

— «Уже поняла, — прошептала Крыса. — Ты вот что скажи. Куда мне: прямо (она кивнула на дверь своей комнаты), или налево (мотнула головой в сторону двери Андрея).

— Пр-р-р-ямо! — словно волк, перекатив рык в горле, в четверть голоса скомандовал Чен. — Равнение направо! И чтобы завтра...

Azzer! ( Хватит! (фр.)) — небрежно бросила Патриция и, прошлепав по коридорчику, осторожно затворила свою дверь.

Судя по всему, на этом ночные события закончились, можно было ложиться. Итак, виллу посетили гости, тайно приплывшие на подводной лодке. Похоже, они что-то привезли, нечто такое, что Крыса должна разделить на две части. Кто они? Что привезли? Что вообще известно?

«Ничего».

Мысли поплыли, Шинкарев уснул и всю оставшуюся ночь спал спокойно.

***

Той же ночью в нескольких десятках километров от виллы попал в засаду военный патруль. Коренастые азиаты, шедшие в патруле, оказались опытными и решительными солдатами, раньше в местной армии таких не было. Не ожидавшие столь жесткой обороны, две группы нападавших отступили в ночные горные джунгли. Командир патруля, поймавший на свою рацию переговоры чужих групп, с удивлением вслушался в русский язык (который он немного знал после учебы в Москве). На русском говорили с двумя разными акцентами: гортанным кавказским и мягким прибалтийским.