– А в органы местного самоуправления сколько прошло человек, выдвинутых нашей партией?

– Хотя мы эту «административную реформу» резко критикуем (и есть за что!), но в выборах участие приняли. Прошло наших 270 человек. Четверо нас сегодня в областном Законодательном собрании. Мы создали ассоциацию депутатов всех уровней под названием «Товарищ». Благодаря этой депутатской вертикали больше стало скоординированности действий.

Иногда приходится слышать: а что, мол, коммунисты могут при таком жёстком отношении со стороны власти? Конечно, в других условиях могли бы гораздо больше. Но за это надо бороться. Без борьбы, замечу, не бывает победы.

– Что относите к своим победам за последнее время?

– Добились постоянного рассмотрения областной властью 122-го закона о монетизации. Вносились поправки в него, выделялись дополнительные деньги. И до сих пор еще это не закончено.

Вообще протестное движение у нас набирает всё большую силу. Верно говорят, что сибиряк медленно запрягает, зато быстро едет. Создали областной штаб протестных действий. Сегодняшняя власть на каждом шагу преподносит такие проблемы, что решить их можно только протестным путём. Широко известна длительная борьба коллектива Бирюсинского гидролизного завода – при активном участии коммунистов. Вот и Байкал пришлось защищать.

– На VII пленуме ЦК КПРФ остро был поставлен вопрос о необходимости пополнения нашей партии свежими молодыми силами. Как вы смотрите на эту проблему?

– Важнейшая она, что и говорить. Задачу десятипроцентного роста в этом году, я думаю, выполним. Хотя есть тут грани, о которых стоило бы особо сказать.

– Какие?

– Важно ведь не только количество, но и качество. В партию мы должны принимать лишь тех, в ком абсолютно уверены. Вот почему больше внимания стали уделять работе с нашими сторонниками, которых помог выявить Народный референдум.

И еще. Раньше человек шел в партию каким путем? Пионер, комсомолец, а потом уже коммунист. Воспитывался и рос на этом пути! Считаем, сегодня нам надо такую подготовку активнее восстанавливать.

– А что делаете для этого?

– У нас в области уже четыре с половиной тысячи пионеров. Шестой год работают пионерские лагеря, где побывало больше тысячи ребят. Соревнуются за право поехать в лагерь.

В этом году в июле действовала Байкальская школа комсомольского актива. На берегу Байкала, где особая энергетика! Надеюсь, школа эта станет традиционной, как и праздник партийной прессы, который тоже провели в Иркутске. Мы ведь имеем сегодня достаточно много наших газет.

– Сколько?

– Четырнадцать.

– Замечательно! И какие же, кроме областной?

– Городские, районные. Причем на четыре газеты проводится подписка. Это областная партийная «Приангарье» и городские – в Иркутске, Ангарске и Братске. Как ни пытаются заткнуть нам рот, не удалось это.

Конечно, впереди у нас огромная работа, но отступать некуда. Мы призваны помочь людям труда вернуть себе свою страну.

– Сергей Георгиевич, а в вашей семье молодежь есть?

– У меня четверо детей – три дочери и сын. Он, кстати, пошел по моим стопам – стал строителем. И работает в Ангарске, где когда-то работал я. Отзываются о нем хорошо. А недавно у него сын родился. Второму моему внуку четыре года.

– Ну и последний вопрос. Вот если бы вам представилась возможность вернуться назад и начать жизнь сначала, какую дорогу выбрали бы?

– Пошел бы тем же путём.

Центральным контрольным органом партии по уставу является Центральная контрольно-ревизионная комиссия КПРФ – ЦКРК. Её возглавляет Владимир Степанович Никитин.

Каким же должен быть человек, которому доверяют такой комиссией руководить? Думаю, понятно: спрашивая с других, лично обязан вести себя безупречно. Иначе всем твоим требованиям – грош цена.

Видя нынешнего Председателя ЦКРК в различных ситуациях, не раз убеждался, что он постоянно помнит о высоком своем призвании. А особенно проявилось это в труднейшие дни борьбы с так называемой семигинщиной и семигинцами, когда в полном смысле решалась судьба партии.

Председатель ЦКРК при всех наиболее острых столкновениях не формы ради был тогда рядом с Председателем Центрального Комитета. Его даже могли обвинить (и обвиняли!) в несамостоятельности, в том, что «идет на поводу», искали разные другие струнки, дабы, сыграв на них, перетащить к себе этого упрямого человека или по крайней мере вывести его из строя. Но Владимир Степанович хорошему своему упрямству не изменил. Потому что ясно ему было: нападки на Зюганова главной-то своей целью имеют разрушение партии либо абсолютное изменение ее характера, ее лица, чего он не просто по должности, а и по самым глубинным своим убеждениям допустить не мог. Вспоминаю бушующий зал, где собрался пленум Московского горкома. Все фракционеры явились сюда, поскольку все понимают: от позиции столичного партийного отделения очень многое зависит в преддверии X съезда КПРФ. Зал кипит, через край перехлестывают страсти. А этот коренастый, плотный, сосредоточенный человек, находящийся в самом центре страстей, кажется совершенно невозмутимым. Шквал эмоций, окатывая его со всех сторон, будто разбивается об эту невозмутимую уверенность и надежность.

Ощущение надежности – самое основное, пожалуй, что несет он в себе. Кардинально испытанный на излом, остается твердым и верным родной партии.

А еще Владимир Степанович замечательно поет. Когда собираются товарищи – бывает это и на демонстрациях, и после пленума или партийного собрания, именно он, Никитин, становится нередко первым запевалой:

Это – его любимая. Вслед за ним подхватывают друзья, и песня еще крепче всех объединяет.