Более-менее нормальной походки и соответствия движений мы достигли примерно через час, когда преодолели первый пролет винтовой лестницы. Остальной путь проделали, кубарем скатившись по оставшимся ступенькам: мы оба сделали шаг вперед. С разных ног. Разумеется, вместо шага вышел прыжок.

Надо заметить неудачный…

И ох, как же болит моя пятая точка. Хотя… нет, не совсем моя.

— Демоны! — Выразил свое отношение к сложившейся ситуации Вариан. — Демоны, демоны, демоны…

— Хватит нечистых вспоминать. Ваше Величество, сейчас куда поворачиваем: в левый коридор или правый?

— Правый. И не называй меня "Ваше Величество". Учитывая, в какой ситуации мы оказались, лучше, если ты будешь называть меня «Варианом».

— Как пожелаете Ваше Величество, то есть… ну вы поняли.

Раздавшиеся шаги, заставили нас прервать разбирательства и замереть.

— Вариан, а я тебе везде ищу. — В другое время, я бы очень обрадовалась Тахире, но сейчас… — У тебя найдется для меня несколько минут?

— Конечно.

— Ты себя хорошо чувствуешь? — С неподдельным беспокойством спросила девушка, обходя «нас» по кругу.

— Да. Разве что-то не так? — Тоном светского повесы вопросил Властелин и попытался улыбнуться.

— Да нет, все так. Но раньше я не замечала, что у тебя глаза смотрят в разные стороны.

"Ой!" — я поспешно отвела взгляд от картины с осенним пейзажем и посмотрела на Тахиру.

— Мммм….пожалуй, стоит перенести разговор на другое время. — Лениво протянул Вариан. На краю сознания появилась крамольная мысль, что подобные экзерсисы случаются с Властелином не в первый раз. И, учитывая его похвальное стремление быть в курсе всего, что происходит в Чертогах, не последний.

Ну и дракон с ним.

— Пожалуй. — Согласилась Тахира, и проводила нас настороженным взглядом. — Точно все в порядке? Может, мага прислать?

Вариан махнул рукой, давая понять, что в магах не нуждается.

Когда Тахира исчезла из поля зрения, Вариан злобно прошипел:

— Могла бы не коситься по сторонам!

— Ничего не могла с собой сделать. Я такая рассеянная…

— Ничего, вот вернем все как надо, и я займусь и твоей рассеянностью, и безответственностью… и бесхозностью! Надо было сразу выдать тебя замуж и отправить в какое-нибудь отдаленное поместье.

— Да как вы смеете! Я подданная короля Мранкеи и не обязана выполнять ваши приказы в столь интимной сфере моей жизни. Я сама выберу себе мужа.

В препирательствах и спорах, мы таки добрались до нужных нам покоев. Еще пару минут ушло на то, чтобы открыть магический замок — у нас никак не получалось синхронно взмахнуть руками.

А потом Вариан отыскал нужный фолиант (в него вместилась бы полная история с начала сотворения мира) и углубился в чтение. Пользуясь, случаем и тем, что нас никто не видит, я бессовестно рассматривала покои Властелина.

Ну что ж, выдержанные в темно-синих тонах, с минимумом мебели, они производили вполне приятное впечатление. Особенно огромная кровать, покрытая черным пологом, в окружении магических, свечей, загорающихся по желанию хозяина. Пока Властелин искал нужное заклятие, я заставляла огоньки то гаснуть, то вновь загораться…

— Нравится? — Поинтересовался Вариан, откладывая книгу в сторону и доставая из ножен узкий ритуальный нож с волнистым лезвием.

— А какая собственно разница? — Вяло спросила я.

— Придется применить два заклинания. — Перемена темы ненадолго выбила меня из колеи.

— Применяйте!

— В общем, второе заклятие можно использовать только через два дня после первого…. то есть если нас отбросит не в те тела, исправить все можно будет только через сорок восемь часов.

— Нет…

— Да. — Вариан порезал оба запястья и тишину спящего Вирия нарушили напевные слова. Я мельком посмотрела на написанное витиеватым шрифтом заклятие и удивилась, как Вариан может ЭТО петь… Их и сказать трудно! Язык же можно сломать…

Реальность уже знакомо потеряла очертания. Золотистый вихрь закружил мое сознание, унося его в непроглядную тьму. В упругом мраке не было ни мыслей, ни чувств — ничего. Только угасающие слова, произнесенные глубоким, чуть хриплым баритоном…

Глава 8

Все женщины стервы,

Страдают от скуки,

Не верят в любовь,

Не боятся разлуки,

Романы читают,

Как на ночь молитву,

В хрупких руках,

Держат острую бритву.