Тележки взбесившегося кибера глухо ударились в конечные стопоры, но рука с плазменным клинком дотянулась до соседней балки и вонзилась в нее.

— Уходи! Беги назад! — услышал Винт крики техника.

— Аварийная ситуация. Пожалуйста, проследуйте к выходу из помещения, — проворковал браслет.

Завыла аварийная сирена.

«Но почему? Я ведь еще не вошел? Что случилось?»

Подсеченная балка заскрежетала и лопнула. Ее концы рухнули вниз и с ужасным грохотом вонзились в пол цеха, круша оборудование.

«Там же Павел и Бобрик!»

Винт бросился вперед, но створки люка с лязгом сошлись прямо у него перед носом.

Окрестности Западного Хребта, Буровой комплекс Крот-1, Ник Бобров

«Мураши» сновали по пещере, стаскивая каменное крошево в тупиковой отнорок. Кучи у обоих тоннелей уменьшались на глазах. Старые контейнеры и найденный мусор киберы сложили около «Крота 2». Джордж уже засел за их изучение, и теперь вытащить из лаборатории его могла разве что вселенская катастрофа.

Юрий и Тим провожали своего командира. Ник последний раз осмотрел «Крота 1». Хотя особого смысла дублировать киберов не было. Подошел к товарищам.

— Указания прежние. Ждать здесь. В случае потери связи контрольный срок — одни сутки. Затем командование переходит к Тиму Янсу.

— Ты думаешь, мы тебя бросим?

— Кислорода в баллонах и регенераторах на трое суток. Потом решайте сами. Но, второго «крота» в поисковой миссии не использовать. При любом раскладе. Он — ваш билет назад.

— «Мураши» проковыряются с завалами неделю.

— Других вариантов нет. Повторяю, «крот 2» дальше этой пещеры не идет.

— Понятно, командир. — вздохнул Юрий.

— Ну, скучного вам ожидания.

Ник положил руку на панель управления, и лепестки кормового люка разошлись, пропуская его внутрь бурового комплекса.

Дождавшись, когда насосы продуют кабину, командир снял комб и залез в ложемент, активировал доступ.

— Центральная, говорит «Крот 1». Состояние машины на отлично. Реактор на две трети мощности. Накопители полны. Начинаем проходку. Использую старый штрек.

Гусеница вздрогнула, приподнялась и поплыла к дальнему, сужающемуся воронкой концу пещеры. Щупальца транспортера загребли первую партию щебня и отбросили назад. Но все-таки тоннель, выгрызенный старым «червем», для новой машины был узковат. Вспыхнули плазменный клинки, срезая со стен тонкий слой камня.

Ник следил за спектрографом. Ничего необычного. Базальт, незначительные примеси. А что с полями?

Комплекс уже на двадцать метров углубился в тоннель, а изменений не было. У магнитного поля привычный хаос. Электрическая напряженность высокая. Хотя в пределах нормы. Радиация выросла, но очень незначительно.

Прошло еще два часа. Машина слушалась прекрасно. Ник запустил диагностику — полная норма. Странно, «червь» в этом месте уже давал сбои.

Операт до предела снизил скорость проходки. Теперь «Крот» медленно полз вперед. На пяти процентах мощности. До второй пещеры оставались считанные метры. Вот куча щебня под напором лобового щита подалась вперед и осыпалась внутрь полости. Машина рванулась вперед и влетела в пустоту. С краев тоннеля посыпались гроздья искрящихся кристаллов.

Ник остановил «крота» и запустил тесты. И снова они показали норму.

— «Крот 2» на связь.

— Слышу тебя.

— Я в Гранатовой пещере. Тесты норма.

— Вижу. Телеметрию получаем в полном объеме.

Погасив плазменные ножи, «крот» спустился с кучи щебня и остановился.

Ник включил оптический обзор и фронтальный прожектор. Пещера взорвалась алыми брызгами. Стены и потолок извилистого тоннеля покрывали друзы прозрачных кристаллов. Бесчисленные грани дробили и преломляли лучи, создавая великолепный световой хаос. Пещера осветилась вся, до мельчайшей ямки. В дальнем ее конце лежала темная стальная туша «червя».

— Начинаю сканирование.

Все возможные диапазоны сенсоров не показали ничего. Только полевой обзор нащупал у дальнего конца пещеры едва уловимую радугу. Она дрожала и переливалась. В ее хаотичной пляске угадывалась странная закономерность, но силикон «крота» не смог ее уловить.

Яснее всего радужные разводы проступали на обшивке старого бурового комплекса. В остальном он выглядел вполне невредимым.

— В полевом вижу непонятную радугу. Посылаю киберов для точного определения границ воздействия.