— Так ведь мы выиграли. А если бы амебу поймали…

— «Если бы» для дисциплинарной комиссии не аргумент.

— А пункт двадцать восемь дробь три.

— Это только уступка старым маразматикам из совета. В любом случае, статус тебе понизят. И с отдела стружку снимут. Жирную такую. Медикам только дай повод. Из-за тебя лезть в конфликт никто не будет. Так что тебе прямая дорога к эскулапам на растерзание.

— Слушай, ты ведь можешь отсрочить? Как обычно — необходимость, нехватка оператов. Сектор разрушен. Управление с мобильных кабин. Ну, ты лучше знаешь…

— Не могу, — по слогам произнес Сергей, — Кто-то начал копать под нас. Если выяснится, что я тебя столько раз покрывал, всех собак на отдел свесят. Потери, перерасход энергии. На твои немотивированные решения после приступов! Ресурсы нашим программам урежут.

— Без обследования точно нельзя?

— Ты что, маленький? АФ не шутка! А если твои ребята ее подхватят? Да и, по правде говоря, Майкл, тебе давно пора подлечиться. Я договорился на ускоренный осмотр без глубокого сканирования. Нароют мелких расстройств, это не фатально. Подлечат. Через три дня будешь, как новый. Надо успеть до комиссии. Будет на руках заключение, получим пространство для маневра при разборках. Так что давай, сразу к медикам. Но это с одним условием.

— То есть?

— Рассматриваем такой вариант. У нас в крайний месяц сплошные потери. Обстрелянных кадров не хватает. А на этой неделе запуск новой программы. Нам нужен стрелок с опытом. И некоторыми качествами… в общем, ты по всем статьям подходишь. И у меня карт-бланш от самого! Только придется тебе через три дня покинуть город.

— Что?!

— Что слышал. Твоего согласия не спрашиваю. Это для тебя единственный способ смыться от дисциплинарной комиссии.

— Хочешь сказать, это экспедиция наружу?!

— Только пока помалкивай. Высший допуск, сам понимаешь. Комиссия ваши выкрутасы будет разбирать дней пять. К тому времени, как они закончат, тебя в городе быть не должно. А сейчас сразу к медам.

— Подожди, Сергей, сначала мне нужно к сыну.

— Свяжись по инфу.

— Не могу. Ты же знаешь, Лара обидится. И вообще, я должен быть там. С Риком. Отложи осмотр на полчаса, я прошу тебя…

— Только на полчаса. И если опоздаешь… Ну, все, вы уже у люка. Сейчас включатся общие каналы.

Под «ТОМом» разошлись броневые секторы люка, и машина опустилась в транспортный шлюз первого уровня.

— Объект Рик Соллен помещен в реанимационный бокс, — откликнулась на запрос Майка сеть. — Состояние… параметры… проводятся процедуры…

Слава звездам! Главное, он жив.

Модуль опустился на шлифованный базальт и поджал лапки.

— Вы прибыли в транспортный шлюз первого уровня, — сообщила сеть, — Дальше вы можете проследовать обычным внутренним транспортом…

— Очнись, выгружаемся. — Крис толкнул командира в плечо и первым вынырнул из модуля.

Лишившись пассажиров, стальной паук подпрыгнул и скрылся в люке шахты.

Пятый уровень, лабораторные сектора города, Владимир Бобров

Колпак транспортной капсулы отошел в сторону. Сразу повеяло особым кисловатым духом старых секторов, ароматом древнего коричневого пластика, который годился только для герметизации помещений. Все вокруг было ужасно примитивно — и плафоны люминесцентных фонарей, и раскрытые створы механических люков. Даже кабели проложены снаружи стен толстыми уродливыми пучками.

Табло над входом в лабораторию сетевиков, как всегда, был желтым. Средняя степень опасности.

— Пожалуйста, зарегистрируйтесь, — недовольным мужским голосом приказала блестящая нашлепка новенького стационарного инфа. На обшарпанной стене шлюза она выглядела инородным телом.

Бобрик послушно приложил большой палец к экранчику. Инф хмыкнул и недовольно проворчал:

— У вас ограниченный статус, пожалуйста, не превышайте установленное время присутствия.

Это дядя Паша, мамин коллега, экспериментировал — обучал терминалы выражать эмоции.

Створки люка разошлись. Тесное помещение было под завязку забито старой аппаратурой. Некоторые раритеты, говорят, стояли еще на «Стайере».

Бобрик протиснулся между стеллажами к испытательным стендам. Мама на месте. Склонилась над рядами проб с ручным анализатором. Шевелит губами, записывая мысли в мнемограф инфа. Вова остановился, любуясь, как быстро и сноровисто она работает. Но Эрика, похоже, чуяла сына и спиной. Отметив последнюю обработанную колбу, воткнула прибор в держатель и обернулась.