Хотя наши правила требуют строго придерживаться симптомов и избегать любых предположений по поводу психической позиции, если она не четко выражена, в этом случае сразу стало понятно, что пациентка испытывает отвращение к своему сыну, что характерно для Lycopodium, Platinum и Sepia. В клиническую картину ее случая я включил следующие симптомы. Она любила конфеты до такой степени, что ела сладкое и шоколад вместо обеда и ужина, что всегда было странным для ее домочадцев. Менструальная кровь была коричневой, факт, подтвержденный ее матерью. Все симптомы, особенно раздражительность, утомляемость и боли в области талии, усиливались при влажной погоде. Общее состояние значительно ухудшалось весной, доходя до прострации.

Слабость утром, при подъеме с постели (сильнее, чем в любое другое время). Болезненное, беспокойное ощущение в животе после дефекации с сильной тревогой и смутным, необъяснимым страхом.

У нее наблюдались: обильный и зловонный пот, зловонное дыхание, растянутый и болезненный живот, артериальное давление 110/90, опухание лодыжек из-за тромбоза вен.

Перекрестное сравнение двух симптомов «хочет сладкого» и «коричневая менструальная кровь» дало следующие лекарства: Bryonia, Calcarea carbonica, Carbo vegetabilis, Rhus toxicodendron, SecaleиSepia, которым также соответствовало «ухудшение весной». Добавив «ухудшение в сырую погоду», я сумел исключить из списка Secale. Из оставшихся препаратов «тревожность в животе после стула» присутствовала только уSepia,а «слабость по утрам при подъеме с постели» у Sepia и Bryonia.

Таким образом, Sepiaне только появилась в ходе реперторизации, но и подошла ко всем симптомам пациентки, включая слабость, вялость, утомляемость, раздражительность, привередливость, нетерпимость, равнодушие и венозный застой.

Первая дозаSepia200 вызвала ухудшение с бессонницей, усиление белей и анальный зуд, после чего клиническая картина в течение некоторого времени оставалась стабильной. Через два месяцаSepia1M вызвала экзему на лице и шее. Еще через 40 дней, поскольку, несмотря на общее улучшение, она по-прежнему страдала от физической и духовной апатии, я прописал ейSepia10М.

Через несколько дней после последней дозы у нее радикально изменилось отношение к своему больному сыну, она поместила его в специализированное учреждение. Из-за мазохистских чувств, связанных с теми негативными эмоциями, которые она испытывала по отношению к своему ребенку, которого обвиняла в собственных несчастьях, она отказывалась сделать это раньше. Характер ее заметно смягчился. Она стала спокойной, терпеливой, любящей и преданной по отношению к своему больному сыну, двум другим детям и мужу и никогда больше не проклинала свою судьбу.

Хотя к психоаналитику она пришла разобраться в природе своих взаимоотношений с сыном, два года психоанализа и общепринятого лечения не изменили ее психического состояния, она не вылечилась от эмоциональных нарушений, которые заставляли ее отказываться от ребенка вопреки материнскому инстинкту. Так могла поступать только Sepia.

Я привел данный случай, чтобы проиллюстрировать тот факт, что ненависть и любовь пациента — внутреннее ядро его эмоциональной жизни — находят свое соответствие в бессознательных потребностях, выраженных в виде желаний и отвращений. Ненормальная привязанность этой женщины к конфетам и необычный цвет менструальной крови были физическим выражением той тоски, которую она ощущала.

Поэтому вместо беспочвенных предположений или клинической дедукции врач должен больше внимания обращать на симптомы, выражающие пациента как жизненную единицу, вне зависимости от того, являются ли они общими симптомами или специфическими модальностями.

В гомеопатии наибольший интерес для врача представляет личность пациента, а не его заболевание. В соответствии с современной психосоматической теорией симптомы, отражающие способ жизни пациента, присутствуют не только в психике, как считает классическая психология, но и во всем теле больного. Поэтому характерным симптомом может оказаться модальность специфического симптома или отдельный симптом, который кажется не связанным с клинической картиной органического или местного заболевания.

Именно эти изолированные симптомы называют «странными, редкими или необычными». Гернзи называл их ключевыми симптомами, потому что они, как ключ, «открывают» случай. Даже когда они являются частными проявлениями местных симптомов, а не общими, характеризующими целостность пациента, само то, что они не патогномоничны местному заболеванию, с большой вероятностью указывает на их принадлежность самому пациенту.

Однако врачи должны быть осторожны и не применять ключевые симптомы изолированно, и тем более не делать назначения исходя из наличия какого-либо изолированного симптома. Общее состояние и психика пациента должны соответствовать ключевым симптомам, а не противоречить им. Подавить симптом — еще не значит его вылечить; вылечить — значит искоренить все симптомы.

54-летняя женщина страдала от язвы желудка; врачи посоветовали ей операцию. Она жаловалась: на жгучие боли в желудке после еды, ревматические боли в крупных суставах (модальности отсутствовали), вагинальный зуд и экзему промежности.

Все ее симптомы были обычными, никаких специфических характеристик не было. Однако, когда ее попросили в деталях описать свое поведение и хоть какое-нибудь необычное ощущение, она рассказала, что при опускании рук в холодную воду у нее возникает непроизвольное мочеиспускание, что характерно только для Kreosotum. Это был настоящий ключевой симптом, который требовал подтверждения другими симптомами. Для Kreosotum характерно ухудшение на свежем холодном воздухе, обильное потение ступней, вагинальный зуд, экзема в складках кожи и жгучие боли в желудке после еды. Зубы больной были покрыты темными пятнами, которые дантист приписывал повышенному содержанию йода в воде в той местности, где она жила раньше, хотя она и утверждала, что ни у ее родственников, ни у других жителей деревни таких пятен нет.