–  Я быстрее приду в себя, если вы перестанете обращаться со мной, как с больной.

–  Извини, - хором сказали Близняшки и переглянулись. Потом Шони передала мне поднос. Я непонимающе уставилась на еду, словно никак не могла понять, что передо мной.

–  Тебе нужно поесть, чтобы принять лекарство, которое дала Неферет, - напомнила Эрин.

–  Вот увидишь, тебе сразу станет лучше!
– добавила Шони.

–  Не думаю, чтобы мне когда-нибудь стало лучше.

Голубые глаза Эрин наполнились слезами, и она горько расплакалась.

–  Не говори так, Зои. Если ты не придешь в себя, мы тоже не сможем!

–  Ты должна заставить себя, Зет. Стиви Рей ужасно бы рассердилась, узнав, как ты себя ведешь, - сказала Шони.

–  Да, это точно. Она бы такой крик подняла! Я взяла ложку и зачерпнула суп. Знакомый вкус куриной лапши оживил меня. Тепло постепенно разлилось по моему телу и начало растапливать жуткий холод, поселившийся во мне после смерти Стиви Рей.

–  А когда она бесилась, ее дурацкий деревенский говор становился еще сильнее, - вспомнила Шони.

Мы с Эрин невольно улыбнулись.

–  Ой, божечки!
– повторила Эрин любимое восклицание Стиви Рей, которое мы слышали от нее сто миллиардов раз.

Мы снова заулыбались, и мне стало гораздо легче глотать. Когда в тарелке осталось не больше половины, меня вдруг осенило.

–  Здесь ведь не принято устраивать панихиду?

Близняшки синхронно замотали головами.

–  Нет, - вздохнула Шони.

–  Здесь такого не бывает, - подтвердила Эрин.

–  Знаешь, Близняшка, думаю, что родители непременно устроят панихиду, но в своем родном городе, - решила Шони.

–  Точно, Близняшка!
– закивала Эрин.
– Но я не думаю, что они захотят увезти ее отсюда в… - она замолчала, соображая.
– Как называлась эта дыра, откуда родом наша Стиви Рей?

–  Генриетта, - вздохнула я.
– Город петушиных и куриных боев. Родина бойцовых курочек.

–  Бойцовых курочек?
– хором переспросили Близняшки.

Я кивнула.

–  Стиви Рей дико комплексовала из-за этого. При всей своей деревенской простоте, она приходила в ярость от одного упоминания о бойцовых курочках.

–  А разве куры дерутся?
– с любопытством спросила Шони.

Эрин возмущенно посмотрела на нее.

–  Это ты у меня спрашиваешь, Близняшка?

–  Я раньше тоже думала, что бойцовыми бывают только петушки, - сказала я.

Мы переглянулись, хором повторив:

–  Петушки!
– и покатились со смеху, размазывая по щекам слезы.

–  Стиви Рей лопнула бы со смеху, - выдавила я, отсмеявшись.

–  Ты думаешь, с ней все будет хорошо, Зои?
– спросила Шони.

–  Будет?
– эхом повторила Эрин.

–  Да, - сказала я.

–  Но как?
– не унималась Шони.

–  Я не знаю. Но нам всем когда-то это предстоит.

Незаметно для самой себя, я доела суп и почувствовала себя лучше. Я даже почти согрелась, но теперь на меня навалилась страшная усталость. Видимо, Близняшки заметили, что у меня закрываются глаза, потому что Эрин вскочила и взяла у меня поднос, а Шони протянула бутылочку с молочно-белой жидкостью.

–  Вот, Неферет велела, чтобы ты это выпила. Это поможет тебе уснуть и спать без кошмаров.

–  Спасибо, - я взяла у нее из рук бутылочку, но пить не стала. Шони и Эрин выжидательно уставились на меня, и я поняла, что так просто от них не отделаешься.

–  Я выпью чуть попозже. После того, как схожу в туалет. Оставьте мне колу на случай, если это пойло окажется чересчур противным.

Кажется, это объяснение их удовлетворило. Прежде чем уйти, Шони задержалась на пороге и спросила:

–  Может, ты хочешь еще чего-нибудь?

–  Нет, спасибо.

–  Ты позвони нам, если что, ладно?
– попросила Эрин.
– Мы обещали Стиви Рей… - она всхлипнула и замолчала, а Шони закончила за нее: - Мы обещали Стиви Рей заботиться о тебе, а мы с Близняшкой всегда держим обещания.

–  Я позвоню, - пообещала я.

–  Ладно, - хором ответили они.
– Спокойной ночи.

–  Спокойной… - пробормотала я, когда за ними закрылась дверь.

Как только Близняшки ушли, я прошла в ванную, вылила густую белую жидкость в раковину и выбросила флакон.

Теперь я была одна. Я посмотрела на часы. Половина седьмого утра. Просто поразительно, сколько событий уместилось в таком коротком отрезке времени.

Я старалась ни о чем не думать, но воспоминания о смерти Стиви Рей продолжали мелькать у меня перед глазами, словно в моей голове шел ужастик, который я никак не могла остановить.