–  Не знаю… Я…

Голос мой сорвался, и я снова глубоко задумалась. Я по-прежнему не могла вспомнить, что произошло этой ночью. Зато память моя начала медленно возвращаться назад… к Афродите и ее видениям.

Неферет рассказала всей школе, что Никс отвернулась от Афродиты, но это оказалось не так… Потом я вспомнила, что начала чувствовать в Неферет что-то тайное… нехорошее… и это в полной мере проявилось в воскресенье, когда она присвоила себе все мои идеи по поводу переустройства Дочерей Тьмы… И еще была жуткая сцена между Неферет и… великая Богиня, у меня сейчас голова расколется!

Но я уже ухватила кончик нити, и никакая боль не могла помешать мне вспомнить жуткого Элиота, сосавшего кровь из руки Верховной жрицы.

–  Остановите машину!
– заорала я.

–  Мы уже почти приехали, Зои.

–  Скорее! Меня сейчас вырвет.

Мы съехали на обочину пустой дороги. Я распахнула дверцу, выбралась наружу, на подгибающихся ногах доплелась до ближайшей канавы и выблевала на снег все содержимое своего желудка.

Детектив Маркс был рядом, он держал мои волосы и ласково приговаривал, что все будет хорошо, и это просто последствия пережитых страхов и волнений. Я жадно глотала ртом морозный воздух, и меня начинало рвать снова. Наконец, все закончилось. Детектив Маркс протянул мне старомодный льняной носовой платок, сложенный аккуратным квадратиком.

–  Спасибо, - пробормотала я и досуха вытерла лицо и мокрый нос. Я хотела вернуть платок детективу, но он с улыбкой отказался: - Оставь себе.

Я подняла голову, посмотрела на высокую кирпичную стену и вдруг поняла, где мы оказались.

–  Восточная стена, - прошептала я.

–  Да, я решил сделать небольшой крюк, чтобы дать тебе возможность прийти в себя и восстановить память.

«Восстановить…» Почему это слово показалось мне таким важным? Я задумалась, заранее приготовившись к очередной вспышке боли, но ее не последовало. Совсем наоборот, мне вдруг стало легко и хорошо, и я вспомнила красивый луг и ласковый голос моей Богини…

«Стихии могут не только уничтожать, но и восстанавливать».

Теперь я знала, что мне делать.

–  Можно я немножко побуду одна?
– спросила я детектива.

–  Одна?

–  Ага.

–  Ладно, только не простудись. Я посижу в кабине и подожду тебя. Позови, если что-нибудь понадобится.

Я выдавила вежливую улыбку и поблагодарила его, но стоило детективу отойти, как я поспешно заковыляла к дубу, свешивавшему ветки через стену. Этот дуб был моим старым приятелем, рядом с ним мне было легче сосредоточиться.

–  Воздух! Призываю тебя и прошу прогнать темную тучу, закрывшую мою память, - горячо зашептала я, закрывая глаза. Я почувствовала порыв холодного ветра, но на этот раз вихрь не коснулся моего тела, а проник в мозг. Я еще крепче закрыла глаза и постаралась справиться с приступом мучительной боли, снова запульсировавшей в висках.
– Огонь! Призываю тебя и прошу растопить лед, сковавший мою память!
– Тепло разлилось в моей голове, успокаивая боль, и я тихонько застонала от удовольствия.
– Вода! Призываю тебя и прошу смыть грязь, запятнавшую мою память.
– Тепло сменилось приятной прохладой.
– Земля! Призываю тебя и прошу дать мне силу, чтобы прогнать тьму, объявшую мою память.
– Мне почудилось, будто под ногами у меня открылся канал, в который стремительно всасывается черная липкая темнота, поселившаяся в моем сознании, а из земли ко мне устремляется поток силы и исцеления.
– Дух! Призываю тебя и прошу восстановить мою память!

Уже знакомая, раскаленная добела вспышка, сотрясла мое тело, и я тяжело рухнула на колени.

–  Зои! Зои! Боже милосердный, что с тобой? Сильные руки детектива Маркса обхватили меня за плечи и помогли подняться на ноги. На этот раз я легко открыла глаза и улыбнулась, гладя в его доброе перепуганное лицо.

–  Все в порядке! Я все вспомнила.

–  Ты уверена, что так все и было?
– в стомиллионный раз спросил детектив Маркс.

–  Ага, - ответила я, еле ворочая языком.
– Типа того.

Я так страшно устала, что клевала носом и с трудом боролась с желанием уснуть прямо в машине. Но я не могла. Ночь еще не закончилась. И мое дело тоже еще было не завершено.

Детектив вздохнул, и я ему улыбнулась.

–  Просто поверьте мне, и все, - сказала я, почти дословно повторяя его же слова, сказанные мне раньше.

–  Мне это совсем не нравится, - нахмурился полицейский.

–  Я знаю, и мне очень жаль. Но я сказала вам все, что могла.

–  Ты хочешь сказать, что какой-то бродяга убил тех двух ребят и пытался убить Хита?
– детектив покачал головой.
– Что-то не верится.

–  Может, сестра передала вам часть своей вампирской интуиции?
– с трудом улыбнулась я.

–  Если бы это было так, я бы мог понять, что именно мне не нравится, - хмуро ответил коп и покачал головой.
– Но объясни хотя бы, что случилось с твоей памятью?

Ответ был у меня уже готов.

–  Вы же сами сказали - страх и волнение. Как будто пробкой голову заткнули. Но власть над пятью стихиями помогли мне снять блокировку и вспомнить.