Никани снова почесало себя подмышками.

– Ты поможешь мне?

Лилит отвернулась от маленького оолой и посмотрела в стену.

– И что мне нужно будет делать?

– Ты просто должна будешь остаться со мной. Сейчас я не смогу пригласить ни Ахайясу, ни Дайчаан – для меня это будет мукой. Дело в том, что в этом случае я буду возбужден – сексуально – и не смогу действовать хладнокровно. С таким возбуждением мне не справиться. Но с тобой мне это не грозит. Твой запах, твои прикосновения – они безразличны мне, нейтральны.

Вот и слава Богу, подумала она.

– Но оставаться одно во время метаморфозы я тоже не могу – этого не следует делать. В эти моменты нам нужно, чтобы кто-то был рядом, обязательно, это необходимо гораздо больше, чем в любом другом случае.

Она попыталась представить себе Никани с дополнительной парой рук, таким, каким он будет выглядеть, когда станет взрослым. На кого он станет похож – на Кахгуяхта? Или на Тедиин или Йядайю. Насколько сексуальные перемены и пол оанкали влияют на их индивидуальные различия? Лилит покачала головой. Спроси ее, и она не сможет ответить даже насколько половое созревание влияет на различия среди ее сородичей, землян.

– Эти вторые руки, – спросила она, – они служат вам половым органом?

– Нет, – ответило Никани, – но руки прикрывают половые органы: чувственные руки.

– Но… – Лилит нахмурилась. – У Кахгуяхта нет никаких чувственных рук на конце его второй пары.

По сути, у Кахгуяхта на конце второй пары рук вообще ничего не было. Только прохладные нашлепки из жесткой, но гладкой кожи – немного похожие на мозоли.

– Руки находятся внутри. Если ты попросишь, Ооан покажет их тебе.

– Как-нибудь обойдусь.

Щупальца Никани разгладились.

– Я покажу тебе их – когда у меня будет, что показывать. Так ты останешься со мной на то время, пока у меня будут расти руки?

А что еще ей оставалось делать? Куда она от него денется?

– Да, я останусь. Расскажи мне все, что, по-твоему, я должна знать, прежде чем все начнется.

– Хорошо. Большую часть времени я буду спать, но кто-нибудь все равно должен быть рядом – это обязательно. Если ты будешь тут рядом со мной, я буду знать об этом, и все будет хорошо. Может быть тебе… придется покормить меня.

– Хорошо.

Ничего необычного в том, как оанкали едят, не было. Вполне обычным образом. По крайней мере, таким было внешнее впечатление. Некоторые из их передних зубов были заострены, но размер этих зубов едва ли превышал человеческий. Дважды во время своих прогулок Лилит видела, как женские особи оанкали высовывали языки на всю длину вплоть до горлового отверстия, хотя в обычных условиях длинные серые языки оанкали находились в их ртах и использовались так же, как и у людей.

Никани издало звук, однозначно означающий облегчение – пошуршал одновременно всеми щупальцами тела, словно кто-то скомкал лист сухой неплотной бумаги.

– Хорошо, – проговорило оно. – Наши пары, остающиеся с нами в момент созревания, знают, что мы испытываем, они понимают наше отчаяние. Хотя некоторые считают это даже забавным.

Лилит удивилась, почувствовав, что ее губы сложились в улыбку.

– В некотором роде – да. Их можно понять.

– Забавным это может показаться только палачам. Меня тоже мучили, хотя, когда появилась ты, мои мучения облегчились. Но прежде бывало…

Никани замолчало, направив на Лилит вялое щупальце.

– Знаешь, Лилит, я пытался добиться, чтобы тебе разрешили встречу с другим англоговорящим человеком. Наиболее подходящим тебе. Недавно ооан дало мне свое согласие – вскоре тебе предстоит встреча.

День – Лилит твердо решила для себя, что это именно дневное время суток, поскольку на то указывало ей ее тело; теперь она была уверена в своих ощущениях совершенно, и ее новая, улучшенная память, указывала ей на то же, – день этот был днем бурной продолжительной активности, потом такого же продолжительного сна. Тем более что теперь, все еще поражаясь этому, она могла с легкостью воскресить в своей памяти каждый день своего бодрствования. Она отлично помнила все дни, в течение которых Никани искало для нее человека, говорящего по-английски. Решив поговорить и опросить нескольких, оно занялось этим лично. Просить Никани взять ее с собой было так же бесполезно, как и просить рассказать ей хоть что-то о людях, с которыми оно разговаривало.

В конце концов Кахгуяхт утвердило выбор. Оно встретилось с тем человеком и подтвердило выбор своего молодого коллеги.

– Это один из тех людей, которые решили остаться с нами на корабле, – сказало Никани Лилит.

Она уже подозревала это на основании тех скупых фраз, которые Кахгуяхт обронило в ее присутствии. И тем не менее, в это было трудно поверить.

– Это будет мужчина или женщина? – спросила она.

– Мужчина.

– И почему… почему он решил не возвращаться на Землю?