Платформы-шаттлы, осуществлявшие перевозки груза и пассажиров в пределах силы тяготения Дивной Тверди, являлись прямыми потомками того первого примитивного механизма При спуске электромагнитным воздействием вызывался эффект «сочащегося поля» — заряжались аккумуляторы молекулярного искажения. Взлет же контролировался «подпиткой» гравитационного поля теми же аккумуляторами. Ускорение в горизонтальном положении обеспечивало воздействие торсионного поля, разгонявшего и тормозившего вращение Дивной Тверди.

Подобный цикл был весьма эффективен, разделяя энергию между электромагнитным гравитационным взаимодействием и приливным трением. Покидая при спуске орбиту Дивной Тверди, поляризатор шаттла нагревался всего на несколько градусов.

Мюнхенпорт оказался весьма гнетущим вступлением к ожидавшейся фантастической картине благосостояния, о которой Наставник-Рабов слушал рассказы всю свою жизнь. Космодромом это место можно было назвать лишь с большим натягом. Они приземлились на открытом поле, окруженном недавно построенными длинными зданиями, прямоугольными и уродливыми. Их строили пленные. Коренные жители Дивной Тверди звали это место «himmelfahrt» [4] — из-за веры людей в человека, который однажды вознесся к небесам, и потому что во время строительства их тут погибло очень много, и все они, видимо, отправились в рай.

Приводило в ужас число вольных приматов, выстроившихся в линию со всем их скарбом. Очередь-давка, металлодетекторы, споры с кзинами-служащими. Почти все они пытались найти работу на военных заводах Змеиного Клубка. Крайняя нужда толкала их на это, они готовы были делать оружие, которое будет пущено в ход на подступах к их родной системе. От мартышек разило немытыми телами и нищетой, странной сладко-кислой смесью машинно-синтетического запаха их строений и остаточного следа озона их убогих электрических автомобилей.

Ссис-Капитан, похоже, чувствовал себя здесь как рыба в воде. Он нанял пару приматов-носильщиков и аэромобиль. Свежий, прохладный воздух внутри машины принес облегчение.

— Поедем в старый город. Там лучше, есть на что посмотреть, — сказал капитан.

Герою, рожденному на окраинном, негостеприимном аванпосте возле умирающей звезды, Мюнхен казался слишком странным для города. Это город?! Черепичные крыши, похоже, не могли похвастаться воздухонепроницаемостью, и многие окна были распахнуты настежь. Некоторые дома буквально утопали в зелени, бросающей густую тень на тротуары. Просторная синяя гладь Дуная пересекала парки, где росли пальмы и цвела плюмерия. А для чего вот этот стальной шпиль на крыше собора Святого Иоакима?

Ссис-Капитан нашел для них комнату в старом четырехэтажном кирпичном особняке. Для удобства кзинов все дверные проемы были значительно расширены и увеличены. Багаж приняла старая самка-примат. От тяжести поклажи ее немилосердно шатало; в конце концов она опустила ношу на землю и, отдышавшись, перенесла вещи по частям.

— А она сгодится для фабрики клея, — прокомментировал капитан, размерами превосходящий старуху втрое.

— Это самка? Но ведь она получала от тебя распоряжения!

— Еще бы.

Наставник оглядел служанку. Тупые люди-самцы — еще куда ни шло, но самки, способные понять целые предложения?! Он представил, как его мать вдруг начала выражаться законченными, сложными фразами. Наставник часто говорил с нею, и порой… порой даже казалось, что она его слушает, — такими круглыми становились ее глаза. Отличный фокус. Кзинррет всегда должна создавать впечатление, что умна и сообразительна. Однажды, будучи еще совсем юным котенком, младший сын Хамарр настолько поддался этой иллюзии, что принес книжку с приключениями, чтобы мать почитала ему на ночь. Та, недолго думая, разорвала книжицу в клочки.

Но довольно чудес. Они отпустили аэромобиль, разобрали вещи и остаток пути к Адмиралтейству проделали пешком.

Наставник-Рабов, которому вблизи довелось увидеть лишь двоих приматов, вдруг оказался посреди города, буквально кишевшего ими. Ссис-Капитан не обращал на них никакого внимания, словно этой прорвы мартышек вовсе не существовало. Все приматы носили одежду — очередной факт, поразивший Наставника. Но вроде бы эти люди не принадлежали ни к одному военному рангу… А ведь во время охоты на людей в загоне молодой кзин решил, что приматы ходят нагишом.

Адмиралтейство привыкло получать все, что ему вздумается. Во время оккупации Дивной Тверди ему понадобился замок наместника. Готические арки, массивный каменный фундамент… Со стороны главного фасада — мощеная площадь Грюндерплац. [5] Победоносные Герои не стали утруждать себя такой задачей, как снос бронзового мемориала в честь восемнадцати Основателей. Вероятно, потому, что замок в данном архитектурном ансамбле доминировал со всей очевидностью, а в нем теперь жили кзинти. С верхних этажей памятник напоминал кучку жалких рабов, измотанных непосильным трудом.