По телефону сказали, что обед принесут через полчаса, а то и позже. Иными словами, времени у них достаточно. За то время, что они не виделись, Мэгги многому научилась. Что прибавило ему сил? Свежий воздух, президентский люкс или сама Мэгги?

Как и предсказывала Мэгги, представители масс-медиа разъехались после недели лихорадочного раскапывания подробностей, бесконечных неофициальных интервью с теми членами съемочной группы, которых им удавалось отловить, множества официальных интервью, взятых у терпеливой Роз Гринуэй, чрезвычайно нетерпеливого Роджера Роуэна, распустившей перья Нормы Роуэн, а также всех врачей и медсестер больницы Кейлиспелла. Имя Аллена Хенрика всплыло, несколько дней привлекало к себе внимание, но потом вновь кануло в небытие из-за отсутствия неопровержимых доказательств. В больницу Кейлиспелла никого не пропускали, доступа к Мелани Адаме тоже никто не имел. Дозволялось только фотографировать ее через окно палаты. Ньюмен и Иствуд отказывались давать интервью, а Зак Невски был слишком занят, чтобы разговаривать с представителями прессы.

Тем временем в больницу по ночам постепенно перевозили оборудование для съемок. Зак собирался снять первую большую сцену в пятницу, а вторую в субботу. Дальше тянуть было нельзя, иначе нарушались условия контрактов с Иствудом и Ньюменом.

Пока Зак придумывал подробности мизансцен, ему сообщили, что в Кейлиспелл прилетел Уэллс Коуп. Знаменитый продюсер поселился в заранее снятом им частном доме. По просьбе Мелани, ему разрешили каждый день навещать ее. Коуп держался от Зака в стороне, не вмешивался в его дела, не показывался в баре «Аутлоу-Инн», но его регулярно встречали десятки сотрудников производственного отдела.

— Как по-твоему, что задумал этот незваный гость? — спросил Зак у Вито.

— Деньги тут ни при чем. Мелани не должна ему ни пенни. Я всегда считал, что для Коупа не существует ничего, кроме денег, но теперь вижу, что он более сентиментален, чем мне казалось. Может, вспомнил старые времена и прилетел навестить больную подругу. Или любит ее. Тебе никогда не приходило это в голову?

— Перестань, Вито.

— Я заинтригован не меньше твоего. Он нам не мешает, а мы не можем помешать ему. Кажется, ты говорил, что Мелани не расстраивают его посещения.

— Судя по ее словам, нет. Он приносит ей цветы, спрашивает, как она себя чувствует, говорит о погоде и уходит.

— Все это выглядит чертовски зловеще, — сказал Вито после продолжительной паузы.

— Не шути так.

— Я нисколько не шучу, малыш. Думаю, он знает о нашем плане.

— Конечно. Она не делала из этого секрета. Он думает, что это замечательная мысль, и говорит, что на моем месте поступил бы точно так же.

— Значит, дело обстоит еще хуже, чем мне казалось.

На следующий день после триумфального завершения съемок второй из двух ключевых сцен, блестяще поставленных Заком Невски, Мелани дала Мэгги продолжительное эксклюзивное интервью, к которому журналистка тщательно подготовилась.

— Ну? — спросил Вито, когда Мэгги вышла из больничной палаты, а съемочная бригада ликвидировала все следы своего присутствия.

— Публика у экранов обрыдается. Она заставила прослезиться даже меня. — Мэгги негодующе шмыгнула носом. — Вито, ты был прав. Я рада, что послушалась тебя. Кстати, я говорила с ней о Невски. Она ему страшно благодарна.

— Ты удивляешь меня, детка.

— Иногда я жалею… что тоща мне не хватило смелости. Но сейчас уже слишком поздно, да, Вито?

— Боюсь, что так, милая. Но мы с тобой еще не раз встретимся. Причем в самых неожиданных местах.

— Невски, у вас есть свободная минутка? — спросил Уэллс Коуп, подойдя к Заку у дверей палаты Мелани.

— Теперь есть, — с досадой ответил Зак. — Ну как, вы довольны своим визитом в Кейлиспелл?

— Больше, чем вы думаете. Но я хочу намылить вам шею.

— Прямо сейчас?

— Да. Как только вы узнали об этих парнях, вам нужно было немедленно избавиться от обоих. Вы совершили непростительную глупость, Невски.

— Коуп, все мы задним умом крепки. И как у вас духу хватает?

— Задним умом? Невски, мне пришлось проделывать это четырежды, и я надеялся, что у вас хватит ума сделать то же самое.

— Вы… вы хотите сказать, что это вошло у нее в привычку?

— Неужели вы поверили ей, когда она сказала, что это случилось впервые? — Уэллс уставился на Зака во все глаза. — Не может быть… Да нет, вижу, что может. Боже всемогущий, до чего наивны нынешние режиссеры! Невски, как деликатно выражается нынешняя молодежь, она торчит от ревности.

— Она сказала…

— Сказала, что хотела освободиться, верно? Стать хозяйкой самой себе? Она всегда так говорит. Мелани нуждается в любви… Но ей нравится убивать эту любовь, размалывать ее в пыль, следить за тем, как она умирает, и наслаждаться ее предсмертными стонами. А когда это перестает быть забавным, она нуждается в повторении процесса. Снова и снова. Это очень опасный способ получать удовольствие. Я много раз предупреждал ее, но она не останавливалась, и переубедить ее было невозможно. Поэтому я сразу же избавлялся от работяг — слава богу, это всегда были простые парни, а не актеры. Думаю, половина руководства их профсоюза, занимающаяся набором кадров, купила себе виллы за мой счет.