— Я когда-нибудь рассказывал тебе о катастрофе во время съемок «Медленного парохода», случившейся в 1975-м? Нет? Тогда выход из ситуации мне подсказала Мэгги Макгрегор. Это положило начало ее карьере. Короче, убийца до сих пор трудится в кинобизнесе и время от времени получает «Оскара». Не спрашивай его имя, все равно не скажу… А что, Мэгги присоединится к этой собачьей свадьбе?

— Разве она может пропустить такое?

— Я не видел ее после предварительного просмотра фильма «БАСП» [1] , — сказал Вито, вспоминая, как несколько лет назад Мэгги Макгрегор, самая влиятельная тележурналистка страны, удрала из его постели, даже не попрощавшись, едва узнала о масштабах провала. После этого Вито поставил три фильма, пользовавшихся успехом, но с Мэгги больше не встречался.

— У тебя осталось какое-нибудь влияние на нее? — с надеждой спросил Зак.

— Все зависит от того, есть ли у нее совесть. Интересный вопрос, малыш. Что чувствует женщина, которая трахалась с тобой до изнеможения, а потом бросила тебя только потому, что ты снял вшивую картину? Кто, по ее мнению, виноват — ты или она?

— Думаю, она чувствует себя так, как ей выгоднее, — ответил Зак, удивленный признанием Вито. «БАСП» снимался в ту пору, когда Вито еще был мужем Билли Айкхорн-Орсини-Эллиот. — Возможно и то и другое.

— А как быть с местной полицией?

— До сих пор врачи не разрешали им говорить с Мелани. Но она чувствует себя неплохо, и ее должны вот-вот перевести из палаты интенсивной терапии в обычную. А там мы не сможем помешать шефу полиции допросить ее.

— До тех пор ты должен проинструктировать ее. Сегодня же вечером.

— Как будто я не знаю… — вздохнул Зак. — Понятия не имею, что она должна говорить.

— Все очень просто. Попроси сказать, что она ничего не помнит. Nada [2] . Все события того дня выпали у нее из памяти. Шок. Одна реплика: «Не помню». Или две, если у нее хватит сил. «Как я сюда попала?» Классическая реплика, я ее обожаю. Вот и все. А сейчас, будь добр, оставь меня одного. Я должен перечитать сценарий.

— О господи, Вито! Даже если свершится чудо и через десять дней Мелани сможет сниматься, ей наложат гипс и она будет носить руку на перевязи. Впрочем, у нас и десяти дней нет. Иствуд и Ньюмен задействованы в съемках с Мелани в ближайшие дни. Две ударные сцены! Придется закрыть картину, хотя компания ни за что не выплатит всю страховую сумму. Джо Ирвинг и остальные сотрудники производственного отдела сейчас просматривают отснятый материал. Им наверняка понравится. Но это только усугубит дело.

Вито покачал головой и посмотрел на Зака с сочувствием и превосходством одновременно.

— Слушай, шел бы ты отсюда. Дай мне подумать… Ладно, ладно, задавай свой вопрос. Он у тебя на лбу написан.

— О черт, Вито… — Зак смотрел на него с молчаливой мольбой.

— Малыш, у Джиджи все нормально. Карьера развивается стремительно. Еще один крупный заказ и всего два штрафа за нарушение правил дорожного движения.

— Вито…

— Ну да, да, парень у нее есть. А чего ты ждал?

— Что за парень?

— Насколько я слышал, кто-то с ее работы. Со времени вашего разрыва Джиджи так и не нашла времени поговорить со мной. Скорее всего, просто не захотела. Она знает, что мы с тобой друзья. — Вито пожал плечами. — Я должен был учесть, что твой опыт общения с деловыми женщинами уступает моему… Все, ступай, у меня есть свои дела.

«Поняла ли Мелани хоть что-нибудь из того, что я говорил ей вчера?» — ломал себе голову Зак, идя в палату следом за врачом и шефом полиции Кейлиспелла. Когда он втолковывал ей, что следует говорить, Мелани не вымолвила ни слова. Она лежала с закрытыми глазами; осунувшееся лицо без кровинки было лишено всякого выражения. Мелани слышала его, но никак не отреагировала на услышанное. Сколько успокоительного ей дали? Запомнила ли она то, чего нельзя говорить шефу полиции?

Зак прислонился к стене палаты, а главный хирург и полисмен сели на стулья рядом с кроватью.

— Всего несколько минут, шеф, — сказал врач. — Если я увижу, что с нее достаточно, то дам вам знак.

— Договорились, док… Мисс Адаме, прошу прощения, но мне нужно задать вам несколько вопросов, — вполголоса произнес полисмен и включил диктофон.

Мелани открыла свои дивные глаза и с испугом посмотрела на него. Шеф на миг лишился дара речи, но тут же взял себя в руки и начал:

— Мисс Адаме, в ту ночь, когда в вас стреляли… Сид Уайт что-нибудь сказал перед тем, как вынуть пистолет?

— Сид… как он? Где он? — выдавила Мелани.

У Зака зашевелились волосы от ужаса. Она не помнила того, что он внушал ей вчера!

— Он… он… — Полисмен осекся. Как сказать бедной женщине, что Сид Уайт покончил с собой?

— Он лишил себя жизни, мисс Адаме, — осторожно сказал врач.

— Нет! Нет! О боже… милый Сид… бедняжка. Я так боялась за него, — пробормотала убитая горем Мелани. — Он был таким порывистым, таким уязвимым… Он был слишком слаб для этого мира… не так, как другой…