Вождь содрал с покойного туфли, брюки, трусы, носки, пиджак, сорочку, галстук, майку, часы и золотой крестик на золотой цепочке. Вождь и не подозревал, что христианская церковь Эфиопии – одна из первых на земле. Впрочем, о назначении крестика ему некогда было задумываться.

Далее Кофи разоблачился сам. Какоето мгновение в тесной кабинке туалета находились два абсолютно нагих тела.

Мертвое и живое. Повсюду валялась одежда.

Началось самое страшное. Черный студень предстояло облачить в носки, трусы, майку Кофи Догме. А также в брюки, сорочку, галстук и пиджак покойного патологоанатома. И в туфли судмедэксперта Амбарцумяна.

Который лежал сейчас в багажнике собственного автомобиля, портил от страха воздух и следил за движением секундной стрелки, едва различимой в темноте благодаря фосфоресцирующему покрытию.

Вождя осенило. Зачем натягивать до конца трусы и брюки в кабинке туалета?

Пускай остаются приспущенными! Сел человек покакать. И вдруг помер. С кем не бывает?

Уф-ф-ф! Кофи смахнул локтем пот с лица. Теперь он стал одеваться сам. Господин Шембисту Хайле Джимма при жизни был ниже и толще.

Поэтому вся одежда выглядела на Кофи куцей и мешковатой. На размер меньше оказались и туфли. Секунду Кофи раздумывал, не оставить ли ему на своих ногах удобные осенние туфли фабрики «Ленвест»…

Он решил этого не делать. С тремя тысячами долларов можно позволить себе новую обувь при первом удобном случае.

Вождь забрал амулет, но оставил в карманах мертвеца свой паспорт, ключ от комнаты в общежитии и остатки денег Елены Владимировны. Товарищ Догме умер.

На прощание Кофи нахлобучил на мертвую голову широкополую шляпу патологоанатома. Заглянул в кейс. Вот это да!

Чемоданчик только с виду был чемоданчик. А на деле – персональный компьютер. Называется такая игрушка «ноутбук» и стоит не меньше двух тысяч зеленых.

Помахивая необычной находкой, Кофи Догме вышел из туалета и уверенно направился к стойке регистрации рейса сорок два семнадцать: Санкт-Петербург – Стамбул – Аддис-Абеба.

Поезд трясло так, словно под ним были не рельсы, а стиральная доска. А в вагоне с равным успехом можно было перевозить скот или железобетонные плиты.

Вряд ли на Мытищинском вагоностроительном заводе подозревали, какие изменения происходят с его продукцией в некоторых, не самых развитых, странах.

Рабочие и инженеры из подмосковных Мытищ ахнули бы, заглянув в такой вагон.

Все до единой деревянные детали давно были сняты. Это, возможно, произошло непосредственно в день прибытий новенького вагона из далекой России.

А чего резину тянуть?

Предприимчивые граждане вмиг содрали со стен пластиковую облицовку, металлические полки для багажа, поручни и крючки для одежды. Но главное – дерево. Оконные рамы, косяки тамбуров, удобные желтые сиденья – все было демонтировано так, что и следа не осталось.

Поэтому многочисленные пассажиры сидели на ящиках и просто на полу. Во всяком случае на полу было безопаснее.

С ящика можно из-за жуткой тряски упасть. С пола падать было уже некуда.

Кофи Догме тряс головой в такт рельсовым стыкам и думал, что русские зря ругают свои дороги. Вообще русские совершают ошибку, сравнивая свою жизнь с жизнью в Польше, Германии и даже в США. Русские бы гораздо лучше себя чувствовали, если бы сравнивали свою жизнь с африканской.

Кофи сидел на заплеванном полу среди десятков сограждан. Между ног вождя стоял компьютер-"ноутбук". Чемоданчик, как и все вокруг, покрывала густая дорожная пыль.

Последний раз Кофи раскрыл его перед таможенником в аэропорту «Пулково». В дальнейшем сам багаж никого не интересовал. Всех интересовали наличные деньги. Таможенники Эфиопии, Судана и Нигера верили на слово.

«Что везешь?» – спрашивали чернокожие стражи экономических интересов своих стран. «Компьютер», – как на исповеди, отвечал Кофи. «Гони пошлину, – отвечали взяточники. – Десять „баксов“!»

Качка и грохот усилились. Кофи показалось, что поезд летит над пропастью.

«Немо, Немо, – раздались голоса пассажиров. – Зеленая река!»

Над черными курчавыми головами разгуливал влажный жаркий ветер. Кофи уже давно, начиная с аэропорта АддисАбебы, сложил пиджак вместе с плащом в некое подобие шинельной скатки, какие до сих пор еще можно увидеть в армиях стран СНГ. Сложил и стянул с помощью капроновой удавки.

Кофи хотелось выглянуть в оконный проем, увидеть Зеленую реку, но на полу было слишком тесно. Он бы причинил неудобства попутчикам.

В основном это были рабочие медных рудников. В конце восьмидесятых годов на юго-западе страны, близ границы с Того, советские геологи нашли медь.