– Опять от Долото?

– Нет. На сей раз подкинули совсем посторонние люди. Там сложный расклад. Сейчас времени мало. Потом расскажу.

– Ну ладно, – Стеценко поднялся, взглянул на часы, – давай быстренько по пунктам, что предполагаешь предпринять непосредственно сейчас?

– Прежде всего, как я тебе сразу сообщил, появилось новое тепленькое место. Совпадение потрясающее! Информация горячая, получил ее час назад, когда только шел к тебе. Вот теперь именно от Щуплова. Долото, между прочим, совершил неординарный, в его масштабах прямо-таки отважный поступок. Видимо, здорово стало припекать мужика. Пренебрег всеми правилами конспирации, позвонил мне в отдел и прямым текстом говорит, что, мол, в Монастырске, в гостинице «Центральная», Сухой собрал сходку с участием всех авторитетов. Там и Магомед, и Генерал, и Тарас, и, конечно, Каштан. Таким образом, если ты санкционируешь, можно немедленно выслать туда группу СОБРа. Косых, естественно, передавать ничего не станем! Одновременно здесь, в Белецке…

– Подожди! – Стеценко поднял руку. – Вот тут ты опять перегибаешь палку! Я не имею права оставлять в неведении начальника УВД района о предпринимаемой операции. Понимаешь? Не имею права! Одно дело Белецк, здесь у нас все проще, хотя тоже бывают разные случаи. Но там! Кроме того, брать нужно всех, так сказать, оптом. Сухого приземлить тогда тоже придется!

– Зачем? Для порядка задержим часа на два, потом отпустим. Если, конечно, старик по дурости с собой стволов не таскает. Генерал тоже мне лично не нужен, пусть гуляет. За Тарасом грешков побольше, у нас, ты же знаешь, его «быки» сидят. Так что при желании можно приземлить и его. Но главная наша цель – Магомед и Каштан. При счастливом стечении обстоятельств я берусь довести их до суда!

В этот момент на столе начальника зазвонил телефон. Стеценко поднял трубку:

– Да. Когда? Понял. Спасибо. Сейчас к вам подъедут. Да, да. Нет, перехват объявлять бессмысленно. Хорошо.

Он аккуратно положил трубку на рычаги, посмотрел на Мазурова:

– Твой Каштан побивает все рекорды. Я такого здесь даже в девяносто втором не наблюдал.

– Что-то еще? – Мазуров весь подобрался, уже примерно догадываясь, что сейчас услышит.

– Только что на пятом километре Монастырского шоссе обнаружены четыре машины, изрешеченные пулями. Рядом с ними – гора трупов. Двадцать три убитых чеченца! Магомед твой выводится из игры. Я так понимаю, что людей у него теперь почти нет? Сколько всего было чеченских бойцов?

– Включая личную охрану, около пятидесяти.

– Пятнадцать в «Жемчужине» и здесь двадцать три, – Стеценко вышел из-за стола, остановился напротив майора. – Тридцать восемь человек! Осталось чуть больше десятка. Если и их сейчас не зароют. Вот это номер! Сейчас сюда со всей России репортеры слетятся! А мне потом генерал устроит веселый праздник! И это в преддверии выборов!

Стеценко, как будто только что осмыслив все последствия случившегося, быстро заходил по кабинету, энергично потирая затылок – была у него такая привычка, когда волновался.

– Значит, операция отменяется? – Мазуров тоже поднялся, одернул китель.

– Ни в коей мере. Наоборот. Надо показать, что мы оперативно реагируем на любой бандитский инцидент. Если все искусно исполнить, нас только похвалят. Ведь можно сделать и по старой традиции? – Полковник вдруг лукаво прищурил глаза. – Скажем, что разборка между двумя группировками стала результатом нашей длительной конспиративной работы. Намекнем, что стравили Каштана и Магомеда, а сами остались в стороне? Нынче такие методы наверху приветствуются! Подтвердишь?

Мазуров с трудом смог сохранить спокойное выражение лица. Его неожиданно возмутило вовсе не предложение Стеценко, вполне ожидаемое и даже банальное, а та ироничная, «свойская» интонация, которую он вдруг уловил в обращении начальника. При всем своем действительно искреннем стремлении «вбить осиновый кол» в местный криминал, полковник принадлежал совсем к другому кругу, чем тот, где существовал Мазуров. Они давно на «ты», хотя разница в возрасте у них больше десяти лет, работают вместе давно, вроде солидарны во взглядах, даже семьями дружат, однако никогда и ни при каких условиях не пригласят майора в губернаторский особняк на званый вечер местной элиты, никогда не поедет он на охоту с генералом Федюком – начальником областного УВД, а дочка Мазурова, в отличие от сына Стеценко, не отправится учиться в Америку… Полковник намертво повязан со всей местной властью, поэтому так заботят его голоса в областной Думе, на самом деле суетливой, послушной и совершенно бессильной, поэтому не может он обидеть Косых, большого друга мэра, который, в свою очередь, такой большой друг губернатора! А вот чего Мазуров не будет делать никогда – так это лизать задницы местным начальникам! Так что не надо включать его в свои разработки, в вонючие «подковерные» игры. Его задача сейчас – взять с поличным местного мафиози, который позволил себе нарушить устоявшееся за последние годы равновесие и убить милиционера. А если на пути Мазурова встанут какие-то проворовавшиеся и коррумпированные чины, он не остановится, не вспомнит о «княгине Марье Алексевне», говоря словами бессмертной комедии Грибоедова, он доведет свою работу до конца, чего бы это ни стоило!

– Что замолчал? – Стеценко, кажется, почувствовал изменение в настроении майора, слегка нахмурился.

– Думаю, – спокойно ответил Мазуров. – Диспозиция, как я понял, несколько меняется.

– Немного. Но этого Каштана теперь можно спокойно брать. По крайней мере, сейчас. Парень зарвался! Действуй так. Поезжай сейчас в Монастырск с группой, чуть позже я пришлю автобус СОБРа. Дождись окончания сходки, пусть все разъедутся. И тогда спокойно бери Каштана и тащи его сюда. Только перед началом операции звякни мне. Я все-таки должен предупредить Косых. Все. Действуй.

Мазуров кивнул, направился к дверям, но на пороге его остановил Стеценко:

– И не забудь один нюанс. Каштан, ты говоришь, задумал масштабное строительство?

– Да. И что?

– Это очень важная для области идея. Если об этом узнает губернатор, он поддержит Каштана всеми силами. Имей в виду. Так что, я думаю, приземлить его надолго у нас не получится. К тому же от дурных людей тоже бывает иногда польза. Как думаешь?

– Только не от таких.

– Как знать, Толя, как знать…