Шрифт:
– Значит, не хочешь говорить? – уточнила Иветта, хотя и так все было понятно.
– Нет, – покачала головой девушка, и спросила, – Что ты собираешься со мной делать?
– Ну уж не сдавать властям, – усмехнулась верволчица.
– Я хочу вернуться… к своим.
– Зачем? Думаешь, они так уж сильно обрадуются? Хотя твой главарь может и обрадуется, так как больше не будет убийцей.
– Они заботились обо мне!
– А ты никогда не думала, почему? – довольно сурово спросила Иветта. – Им нужна была наводчица, отвлекающая жертву. А ты идеально подходишь, к тому же, если попадешься, то легко отделаешься, так как ты несовершеннолетняя.
Глория слушала, открыв рот. Ни о чем таком она даже не помышляла. Но с другой стороны, ее так легко бросили на дороге…
– И не забывай о том, кто ты есть, – напомнила Иветта. – Ты – оборотень, но ничего не знаешь об этом. А если на тебя нападет жор или ты займешься сексом, что тогда будет?
– Я занималась, – буркнула Глория.
Иветта нахмурилась и проговорила:
– Ну, тебе очень повезло, голубушка, что ты такая молоденькая, а твой любовник или любовники попадались такие неумелые.
– Почему?
– Иначе, на пике экстаза, ты не смогла бы себя контролировать и перекинулась. Партнер вряд ли выжил бы.
Глаза Глории округлились, она судорожно сглотнула, и лишь через пару секунд спросила:
– Что ты хочешь?
– Я? Как ни странно, но помочь тебе. Ты совсем еще дитя и не понимаешь, что происходит. А это может привести ко многим печальным последствиям. Нам это не нужно. Ты можешь выдать себя – а это опасно для всех нас.
– Каким образом?
– Люди в общей массе не знают о нашем существовании. Да, у нас есть друзья среди них – но это исключение. А так нам выгодно жить в тени человечества. Узнай они о нас сейчас – начнется травля, охота, которая выльется в войну. Нам это не нужно. Поэтому мы сами пресекаем любую утечку информации. Так что тебе нужно учиться себя контролировать.
– Как?
– Я могла бы тебя научить. Ты можешь остаться здесь. Стае я пока тебя показывать не буду. Ни к чему это, да ты и не готова.
– Стае?
– Да. Оборотни города образуют стаю с четкой иерархией и вожаком во главе, но у тебя еще будет время узнать об этом подробнее. Сейчас тебе главное решить, остаешься ты или нет.
– Похоже, у меня нет выхода… У меня ничего не осталось.
– Тогда живи у меня, сколько хочешь. Я буду твоим куратором.
– Кем?
– К каждому новообращенному оборотню приставляется куратор – оборотень, который объясняет и обучает, ибо новообращенный аки дитя неразумное.
– Значит, если я соглашусь, то ты…
– Буду за тебя отвечать, – согласилась Иветта. – Но не только. Еще и требовать с тебя. Прав без обязанностей не бывает, тем более ты несовершеннолетняя.
Глория надула губы при последней фразе и задумалась. Многое ей все еще оставалось непонятным. В основном причина столь хорошего и радушного к ней отношения. Поэтому девушка спросила:
– Почему ты не сердишься на меня? Ведь я хотела тебя ограбить…
– Я в курсе, – усмехнулась Иветта. – И уверена, ты так поступила не в первый раз, – девушка зарделась. – Но мне кажется, ты просто запуталась. Сбитый с толку ребенок… И я хочу дать тебе шанс. Пусть прошлое останется прошлым, не будем его бередить. Начни жизнь с чистого листа. Сейчас все зависит только от тебя.
– Я… попробую… – тихо проговорила Глория.
– Ты не даешь скоропалительных обещаний – это хорошо, – Иветта ласково потрепала ее по волосам. И от этого простого жеста у девушки ком подступил к горлу.
Так Глория осталась в доме верволчицы. Дачном доме, надо заметить. Поначалу девушка походила на дикого звереныша – слишком въедливы оказались привычки улицы. Иветта в полной мере осознала, что значит трудный ребенок.
Глава 14.
Уже в первую неделю Глория успела почти на весь день смыться, ничего не сказав, выпить бутылку коньяка в одно лицо и выкурить полпачки невесть откуда взявшихся (возможно украденных) сигарет. Причем это произошло не в один день, а поэтапно. Пока Иветта обдумывала, что с этим делать. Но уже к пятнице ее терпение не выдержало. Нужно было принимать меры.
Иветта понимала, что ее подопечная очень сложная личность. Ей многое пришлось пережить и испытать. Улица не отпускает без шрамов. И, тем не менее, Глория еще практически ребенок, ребенок-оборотень. И сейчас это походило на то, как дитя испытывает терпение родителей, пытаясь обнаружить границу дозволенности. Но необходимо было раз и навсегда расставить все на свои места. Иветте не улыбалась перспектива постоянно вылавливать Глорию из различных притонов.
С такими мыслями верволчица вошла в комнату, которую теперь занимала Глория. Девушка смотрела телевизор, свернувшись в кресле. Но при виде Иветты, вся как-то сжалась, что не осталось незамеченным. Верволчица довольно холодно поинтересовалась:
– Похмелье прошло?
– Да, – тихо пискнула девушка.
– Хорошо, – Иветта села на кровать. – А теперь скажи мне, пожалуйста, зачем тебе все это было нужно?
Девушка пристыжено молчала, не смея поднять на нее глаза, а верволчица продолжала: