Приехали.

Еще и сирена продолжала разоряться, предвещая надвигающиеся бедствия, например, скорое прибытие правоохранительных органов. А бегство обратным порядком через туалет и вентиляцию ей совершенно не улыбалось, к тому же оно заняло бы слишком много времени — ОМОН успеет покурить, любуясь на то, как выползает она на крышу.

Мэри в отчаянии врезала по двери кулаком, потом еще и еще раз, надеясь на помощь находящегося где-то снаружи Фила. Но то ли дверь была слишком толстой и он ничего не слышал, то ли тоже не знал, как ее отпереть. Вообще-то у Мэри имелся вариант, один раз уже себя не оправдавший, но… Раз сигнализация все равно орет и в большей мере положения уже не испортить, как кашу маслом, то почему бы не испробовать битую карту. Тем паче что нужные знаки на панели замка имелись. И она набрала «В-З-П-1-Ключ», ни на что уже не рассчитывая и ничего особенно не ожидая, разве что появления что-то подзадержавшейся охраны.

Однако дверь щелкнула, подалась, и обалдевшая от такой нечаянной удачи Мэри вывалилась наружу — то есть на крышу! Где ее моментально подхватил Фил, похоже, терпеливо дежуривший у двери, пока она в нее с той стороны ломилась:

— Порядок?

Она кивнула. Он протянул руку:

— Давай!

Мэри отдала ему диск, он тем временем уже тащил её к аппарату, заменявшему вертолет, по крайней мере занимавшему его место.

— Слушай, я там, кажется, охранника убила, этим… телефоном… — сообщила на бегу Мэри.

— Телефоном? Модно, — похвалил Фил, уже вставляя диск в щель на корпусе, возле самой дверцы. «Ключ» всосался, Фил обернулся к Мэри с усмешкой: — А железяка тебе на что дадена? Испугалась? Так это же его работа, его риск! У него свой, у тебя свой. Все по-честному.

«Мамочки… Во что я ввязалась!..» — мысленно содрогнулась Мэри, в то время как дверца бесшумно отошла и Фил подсадил ее внутрь машины.

«Это что, действительно полетит?» — хотела спросить Мэри и еще добавить: «Принцип антигравитации, да? Значит, вы его уже открыли?» Все равно, что поинтересоваться, сев у нас в обычное такси: «Это самодвижущийся экипаж, да? И как давно вы отказались от лошади?..»

Фил сел рядом в пилотское кресло и привычно защелкал приборами. На панели загорелся экран, стали выводиться какие-то данные. Дверца уже закрывалась, и где-то под ногами мягко гудел мотор, когда из надстройки посыпались люди, судя по защитным комбинезонам и оружию в руках — те самые долгожданные правоохранительные органы.

— ПРЕДУПРЕЖДАЮ, ПАССАЖИР НЕ ПРИСТЕГНУТ, — наябедничал компьютерный голос.

— Пристегнись! — уронил Фил.

В следующий миг аппарат рванулся вверх, словно подпрыгнул, снизу донеслись беспорядочные автоматные очереди. Мэри лихорадочно опоясывала себя ремнем, он все не пристегивался, в то время как машина стремилась в темное, почти беззвездное небо над ослепительно-звездным скоплением города.

«Ур-ра! Успели!»

«Да уж, успели, — осадила в себе Мэри спонтанную радость, — вот только что?.. Похоже, ты успела стать преступницей, а может быть, даже убийцей…» Как следует переварить этот факт ей помешал странный необъяснимый воздушный маневр Фила: сделав широкий круг вроде как победы, он полетел обратно — и не на тот другой небоскреб, на аналоге которого была заключена сделка, — его он миновал, даже не клюнув носом, — а прямиком туда, где еще толпился, изредка постреливая, посрамленный спецназ во всеоружии.

— Фил, у тебя со зрением все нормально? Ты куда летишь?..

Он обернулся к ней с широкой улыбкой, не очень-то ей понравившейся:

— Лечу сдаваться!

«Точно, спятил!..» — сердце у Мэри упало соответственно снижению аппарата на злополучную крышу. «Ему-то что, сдаваться он летит — угон с моментальным чистосердечным раскаянием, какие-нибудь, наверное, три года условно. А мне? Сопротивление с нанесением тяжких телесных, если этот пострадавший вообще выжил… И Фил об этом знает, что я могу ему еще сказать? Остановите машину, я выйду? А треснуть его той же железякой — так вместе и рухнем…» — пока она размышляла таким образом, они сели.

Дверца отъехала, и Фил неспешно вылез из кабины, буквально в руки к сбежавшимся со всех сторон встречающим. С достоинством сдался. Мэри, не очень-то спешившая следовать его примеру, глядела из кабины на арест и с удивлением увидела, как бойцы жмут ему руку и хлопают дружески по спине. Ей пришлось потрясти головой, чтобы поверить в доносящееся: «Отлично!» «Поздравляю!» и «Снято!»

Тогда и она, все еще ошарашенная, полезла наружу.

Услышанное многое объясняло. Снято! Подумать только! Как там — улыбнитесь, вас снимали скрытой камерой! Хорошо, что некогда было ковырять в носу…

— Машера, ты просто супер! — спецназовец, встретивший ее на выходе, оказался Светкой — опять необъяснимо иной, но все же хотя бы худой и не раскрашенной под поп-звезду. — Погоди, не вылезай, — сказала Светка, неловко выставляя вперед автомат и отчасти с его помощью запихивая Мэри обратно. Очень эффективный, кстати сказать, метод. — Мы же договорились: летим на дубль! — сказала она, пробираясь на заднее сиденье.

— Что-о? — от одного слова «дубль» Мэри моментально ассимилировалась к обстановке. — Знаешь, если тебе понравилось эффектно выбегать, паля по мне из этой игрушки, то с меня на сегодня достаточно!