— Мистер Тикок?

Ведь старый учитель стоял как столб, препятствуя движению в коридоре, а она хотела со своими маленькими учениками, которые выстроились в длинную колонну, пройти по коридору в гимнастический зал. Тикок вздрогнул, как от испуга, когда признал свое собственное поведение нарушающим порядок, и как-то слишком торопливо уступил дорогу. Учительница с приветливой улыбкой, слегка двинув рукой и пошевелив губами, поманила детей к себе, и шести-семилетние малыши в молчаливом строю проследовали мимо мистера Тикока.

Между тем Джо Кинг достиг дверей секретариата директора и остановился, чтобы постучать. Этим он снова привлек внимание Тикока, и в мозгу учителя заработали клеточки памяти, однако он никак не мог понять, какая тут связь. Впрочем, может быть, это общая манера поведения этих больше к школе не принадлежащих личностей, мелькнула у него надежда. Тикок на момент остановился, словно в оцепенении. Потом он направился в учительскую.

Там он обнаружил двух коллег, которые знали все истории прошедших лет, и, усевшись с облегчением на стул, он с видом полнейшего равнодушия сказал:

— Меня удивляет, почему это Джо Кинг имеет доступ в нашу школу,

— Что же, Тикок, он хочет сдавать на бакалавра?

— Оставьте ваши шутки, Бэлл. Снаружи стоят шалопаи, и мы не всегда этих праздношатающихся еще достаточно энергично отваживаем, а здесь снова расхаживает по коридору Джо Кинг.

— Ах, так это и не в первый раз?

— Возможно даже, в первый. Каждый плохой обычай имеет свое начало. Но именно в начале и нужно пресекать. Этот человек способен и служащего убить. Это не только мое мнение.

— Тогда его нельзя раздражать, Тикок!

— Бэлл, вы, я вижу, не можете оставить ваших шуточек.

— Я допускаю, Тикок, что в списке у Джо Кинга вы стоите под номером один. Ну а я его совсем не находил тогда таким уж плохим. В географии-то он разбирался.

— До этого дело еще не дошло, Бэлл. Речь идет о том…

В учительской зазвонил внутренний телефон. Бэлл подошел к аппарату, усмехнулся и сказал:

— Тикок, вас просит зайти миссис Холленд.

Тикок тотчас поднялся, ведь он всегда старался вести себя так, как он требовал от своих учеников, и пошел торопливыми шагами в кабинет директора. Секретарша в приемной не дала никаких объяснений, лишь сказала:

— Пожалуйста.

Тикок вошел в простое помещение, в котором директриса была занята работой за письменным столом среди книг и бумаг. На стене висело несколько рисунков школьников, на почетном месте эскиз Квини для фриза актового зала.

Директриса поднялась из-за письменного стола. Когда Тикок закрыл за собой дверь, она попросила обоих посетителей, Джо Кинга и Теодора Тикока, сесть. У Тикока было такое выражение, будто воротник рубашки стал ему чуть тесен, и он поэтому вытянул шею на полсантиметра. Он сел, села и директриса. Кинг остался стоять.

— У меня только два небольших вопроса, мистер Тикок, — сказал он, — ответами на которые я имею право интересоваться. Во-первых: кто перенес в общей сложности пятьдесят долларов в конверте, который вы оставили в ящике учительского стола двенадцатого класса, в помещение седьмого класса? Во-вторых: имели ли вы возможность видеть, что вышеупомянутый делал в помещении седьмого класса с конвертом и его содержимым?

Тикок облизал языком губы.

— Джо… Мистер Кинг! Ваши вопросы — своего рода нападение. И вы допускаете, что я соглашусь с такого рода неожиданным положением? — Он взглянул на миссис Холленд. — Если я правильно понимаю намеки, речь идет о краже семилетней давности. Что же теперь об этом спрашивать?

— Я вам только что сообщил, — сказал Джо Кинг, несмотря на то, что Тикок так и не отводил взгляда от директрисы, — что я имею право поставить эти вопросы, и если вы не хотите отвечать на них здесь, мистер Тикок, то я вынужден буду идти другим путем.

— Это что же, угроза?

— Я имею право так говорить…

— Ничего во всем этом не понимаю.

— Мистер Тикок, вы оставили в конверте в ящике учительского стола в двенадцатом классе сорок долларов в денежных знаках в купюрах и десять долларов в старых калифорнийских золотых долларовых монетах, и притом на четвертом уроке. Вы на моем процессе заявили, что конверт с этими деньгами на пятом уроке был положен на соответствующее место в седьмом классе. Значит, конверт с деньгами во время большой перемены был доставлен из двенадцатого в седьмой класс. Кто это сделал? Вы сами или кто-нибудь по вашему поручению? Я говорю вам заранее, что мне уже известно, кому вы это поручили.

— Дежурному двенадцатого класса Гарольду Буту, и именно потому, что я забыл взять с собой конверт, а сразу же в начале перемены я вспомнил об этом. Но на перемене я условился встретиться с Бэллом, и поэтому я не сам взял конверт, а поручил это Гарольду, который как раз попался мне по пути и, как дежурный, вполне подходил для такого поручения. Это вас устраивает, мистер Кинг?

— Да. И не будете ли вы любезны ответить мне и на второй вопрос? Могли ли вы проконтролировать, что сделал Гарольд с конвертом и его содержимым, в частности что он сделал с ним в помещении седьмого класса?