– Дафны! – изумленно воскликнула Блисс. – Боже мой, как вам удалось ее у…

– Какая разница! – отмахнулся король. – Главное, что указ запрещает преследовать Кита за смерть Стивена Вилльерса. Держите.

Блисс прижала драгоценный документ к груди.

– Ваше величество, – прошептала она, – не знаю, как вас благодарить! Сейчас же отправлюсь в Тауэр! Пусть…

– Сядьте, Блисс, – приказал король. – Вы ведь еще не слышали дурной новости.

Блисс опустилась обратно.

– С ним что-то случилось? – едва дыша от волнения, прошептала она. – Но что?

– Как раз в ту минуту, когда я писал указ, во дворец явился гонец из Тауэра и сообщил, что ваш удалец сбежал!

– Сбежал! – ахнула Блисс. – Но почему, если его поми…

– Ну, он ведь не знал, что помилован. Он исчез, Блисс, и сейчас где-то прячется, уверенный, что его по-прежнему обвиняют в убийстве.

Вскочив с места, Блисс подбежала к дверям и позвала Мерси. При виде короля, сидящего за столом и как две капли воды похожего на обычного человека, Мерси тихо ойкнула, глаза ее стали огромными, как блюдечки.

– Мерси! – воскликнула Блисс. – Мерси! – Она встряхнула девушку за плечи, чтобы вывести ее из благоговейного оцепенения. – Ты знаешь, где Кит?

– Его милость? – ошарашенно переспросила Мерси. – В Тауэре, где же еще?

– Уже нет, – ответил король. – Несколько часов назад он сбежал. Раздобыл где-то веревку и спустился из окна в ров.

– В ров! – ахнула Блисс. Ей живо представилась вонючая черная вода, откуда то и дело вылавливали пропавший скот и пьяниц, по неосторожности свалившихся за ограждение.

– Стражники обшарили весь ров крюками, но тела не нашли, – успокоил ее король. – Очевидно, лорд де Уайлд благополучно выбрался изо рва и растворился где-то в Лондоне. Отчаянный малый этот ваш благородный разбойник!

– Он так и не знает, что его помиловали! – пробормотала Блисс, почти забыв о присутствии короля. – Бедный Кит! Сейчас прячется где-то, как зверь в лесу, думая, что на него охотятся…

– Мне жаль, что так получилось, – грустно заметил король. – Право, очень жаль. Если я что-нибудь узнаю о его местонахождении…

– Благодарю вас, – произнесла Блисс, поднимаясь с места. – Я постараюсь его найти, государь, и надеюсь, что скоро он сам сможет отблагодарить вас за вашу милость. – И она крепче прижала к груди драгоценный документ.

Король проводил Блисс и Мерси до дверей. Вильям Чиффинч со свечой в руке провел их через темные, опустевшие покои дворца и довел до реки, где их ждала лодка.

Блисс возвращалась в Барторп-хаус, переполненная радостными надеждами: будущее вновь обрело для нее светлые краски.

– Я уверена, Мерси, – возбужденно говорила она, выходя из лодки и направляясь к дому, – уверена, что Кит в Четеме. Где же ему еще быть? Там он под любой крышей найдет убежище и приют. Я отправлюсь туда и отвезу ему радостную весть!

– А милорд вас отпустит? – спросила Мерси.

Блисс пожала плечами.

– Если он уже знает, что Кит сбежал, конечно, нет. А вот если не знает…

Вместе они вошли в дом. В кабинете ярко горели свечи: через приоткрытую дверь Блисс заметила, что сэр Бейзил сидит за столом, очевидно, дожидаясь ее возвращения. Она надеялась проскользнуть мимо незамеченной – напрасно.

– Блисс! – раздался громкий голос сэра Бейзила. – Пойди-ка сюда! Чего хотел от тебя король?

– Да так, ничего особенного, – ответила она, надеясь, что весть о дерзком побеге Кита еще не достигла ушей опекуна.

– Скучал по тебе, а? – Глаза сэра Бейзила вспыхнули алчным огнем. – Да ты, моя красавица, в самом деле приворожила нашего коронованного жеребца!

Блисс хотелось вцепиться ногтями в его ухмыляющуюся рожу – но усилием воли она заставила себя стоять спокойно. В конце концов, ей нужно его обмануть и усыпить его бдительность.

– Можно ли мне, милорд, – кротко, как послушная девочка, начала она, – просить у вас позволения на некоторое время покинуть Лондон? На неделю, может быть, на две. Не больше месяца.

– Хочешь, чтобы король еще сильнее соскучился? – расхохотался сэр Бейзил. – И куда же ты собралась? В Йоркшир?

Блисс покачала головой.

– В Четем. С Йоркширом у меня связаны неприятные воспоминания.

– Еще бы! – согласился сэр Бейзил. – Хотя, мне кажется, твои четемские воспоминания ненамного приятней!