– Тот самый ученый, который вечно что-то взрывает и до сих пор не женат? – скептически, приподняв изящную бровь, уточнила Актавия.

Мы же помнили бесконечные жалобы Алисы на сумасшедшего соседа, чьи ночные эксперименты мешали ей спать. Окна их домов смотрели друг на друга, и между ними велась настоящая окопная война, которая, видимо, неожиданно переросла в нечто большее.

– Мы желаем тебе удачи! – воскликнула Актавия.

– Спасибо, – смущенно прошептала Алиса, и на ее щеках выступил нежный румянец.

– Но как же вы… нашли общий язык? – не удержалась я, сгорая от любопытства. Представить не могла, как эти двое, бывшие враги, могли сойтись.

– Он был ужасным соседом, – начала Алиса, и в ее глазах вспыхнул огонек. – А потом мы случайно столкнулись в центре города, на рыночной площади. Какой-то воришка попытался стащить мой кошелек, пока слуга отвлекся. И он… он не просто вмешался. Он защитил меня. Мы разговорились по дороге домой… И вот. Оказывается, он совсем не несносный сумасшедший, а гениальный ученый. Закончил нашу академию с отличием и теперь работает на благо короны над чем-то сверхсекретным. Говорит о таких вещах, что дух захватывает.

Алиса не хотела праздновать заранее, да и второй торт явно был бы лишним. Поэтому Актавия заказала сладкого шипучего лимонада в высоких хрустальных бокалах. Пузырьки игриво щекотали нос, а мягкая освежающая сладость разливалась во рту, но едва ли могла смягчить мою легкую печаль. Я была безмерно рада за подруг, но их счастье лишь острее оттеняло мое одиночество.

– А как у тебя дела? – мягко, с участием спросила Актавия, уловив мое настроение.

– Никак, – я позволила себе глубокий, почти драматический вздох. – Мы практически не бываем в загородном поместье. А в городе пересечься с ним нереально.

– Мы сейчас говорим про Нортона Гивза? – уточнила Алиса, и ее взгляд стал понимающим.

– Да, про него, – призналась я. – С того самого дня, как два года назад я увидела его на лошади после большого перерыва… Не могу забыть. Он такой… Вежливый, с прекрасными манерами, невероятно красивый, и с ним, говорят, очень интересно говорить. Все оставшееся время в пансионе только о нем и думала.

– Неплохая партия, – деловито кивнула Актавия. – Второй сын в знатной дворянской семье, не наследник, но магически одаренный. После гимназии взял перерыв на подготовку и теперь поступает в академию. Идеально подходит тебе по возрасту, воспитанию и положению.

– А еще ходят слухи, что среди его предков были драконы, – подмигнула мне Алиса.

– Да, – мечтательно вздохнула я и залпом допила лимонад. – Пойду в дамскую комнату. Вернусь, возьмем новый чай. Говорят, с востока привезли. Я угощаю! Все-таки закончила один из лучших пансионов страны, это нужно отметить.

Подруги бросили на меня полные сочувствия взгляды и согласились продолжить наш девичий кутеж. Что еще они могли сказать? Чем помочь?

Родители возлагали на меня большие надежды. Старшая дочь, умница, красавица. Если подруги окончили хороший, но обычный пансион, где обучали основным предметам и этикету, то меня с огромным трудом отправили в один из трех лучших в нашем королевстве.

Условия обучения были строгими, почти спартанскими, график – до изнеможения насыщенным. Меня учили всему: от тонкостей дипломатического протокола до основ магической теории. Я хорошо показала себя, и поэтому приняли и сестру. Стоило ли оно того? Мне судить сложно, но родители остались довольны.

Я многое умела, но ничем по-настоящему не горела. кроме одной, упрямой, казалось бы, несбыточной мечты – Нортона Гивза. А теперь эта мечта уплывала от меня прямиком в академию. Что же мне делать?

Войдя в прохладную дамскую комнату, я подошла к большому зеркалу в позолоченной раме.

«Не унываем!» – приказала я своему отражению и попыталась изобразить уверенную, светскую улыбку. Получилось плохо.

Когда я уже вышла обратно, собираясь вернуться к подругам, из соседней мужской комнаты до меня донеслись голоса. И один из них – низкий, бархатный – принадлежал Нортону.

Знаю, подслушивать плохо и совершенно недостойно леди, но ноги будто вросли в пол, а сердце заколотилось так громко, что, казалось, его слышно на всю кондитерскую.

– Когда отправляешься поступать? – раздался чей-то другой, более легкомысленный голос.

– Тринадцатого, – коротко и ясно ответил Нортон. Слова прозвучали как приговор.

Другого голоса я не узнала. Возможно, это тот самый кузен, о визите которого упоминала матушка.

– Ну, удачи тебе. Если не поступишь, отец загонит тебя под венец с первой же подходящей герцогиней.

– Я не готов сейчас сделать такой серьезный выбор, – последовал твердый, прохладный, ответ Гивза. В его голосе чувствовалась непоколебимая уверенность. – Мне нужна не просто красивая девушка, чтобы украшать собой будущий дом. Мне нужна умная спутница. Какой смысл в браке, если с женой не о чем поговорить?