На следующее утро Салли пошла с родителями в кирху [7] , потому что не было сил сопротивляться. Пока все молились о мире во всем мире, она думала о Роберте Айсбистере. А как же иначе? Он всегда был где-то рядом, отвлекал, заползал в голову. Почему она не согласилась пойти на свидание? Почему не назначила точный день? Знакомые слова молитв текли мимо ее сознания, и Салли автоматически отвечала на реплики пастора, не слыша ни слова. Она украдкой взглянула на отца в костюме и при полном параде – слышал ли он хоть слово или его мысли тоже витали где-то далеко? После службы, пока родители беседовали с прихожанами, к ней подошел пастор – тучный человек, запыхавшийся от нескольких шагов.

– Если захочешь поговорить, ты знаешь, где меня найти, – сказал он, похлопывая ее по руке. – Должно быть, тебе сейчас очень тяжело.

Салли еле сдержалась, чтобы не сказать: он последний, кому она доверится, – и поспешила выйти.

Воскресенья всегда следовали одному распорядку. После службы – воскресный обед. Маргарет заранее ставила мясо в духовку и чистила картошку перед тем, как идти в кирху, так что по возвращении оставалось лишь накрыть на стол. Они как раз ехали обратно мимо школы, когда Маргарет неожиданно предложила:

– Может, пригласим пообедать мистера Росса? Наверное, ужасно сидеть одному в большом доме. Еды хватит.

Салли пришла в ужас. Она представила, как учитель сидит за их кухонным столом, а мать разделывает пережаренное мясо и засыпает гостя вопросами.

– Слишком рано, – сухо сказал Алекс. – Он воспримет это как вторжение. Может, позже.

Мать, похоже, согласилась, и они обедали втроем, как обычно.

Они сидели у камина, и тут раздался телефонный звонок. Маргарет вязала, уткнувшись в телевизор, – она якобы презирала мыльные оперы, но смотрела их не отрываясь. Салли только закончила мыть посуду. Отец, переодевшись в домашнее, читал. Он уже поднялся, чтобы ответить, но мать отложила спицы.

– Я сама. Наверное, кто-то из родителей.

Она любила телефонные разговоры даже больше, чем плохие сериалы. С трубкой в руке она ощущала себя за штурвалом. Важным человеком. Говорила с родителями особым голосом – спокойным и немного покровительственным. Но вернулась почти сразу, слегка раздраженная.

– Это тебя, – сказала она Алексу. – Тот детектив.

Перес встретился с Роем Тейлором за ланчем в баре отеля, где остановилась группа из Инвернесса. Встречу назначил Тейлор.

– Просто поболтаем, – сказал он. – Расскажешь про разговор с Хантером. Подумаем, куда двигаться дальше.

Перес не возражал. В воскресенье предстоял долгий телефонный разговор с матерью, а ответа для нее по-прежнему не было. По пути в город он заглянул в оперативный штаб. Тейлор провел пресс-конференцию, и с тех пор телефоны разрывались. Пока ничего полезного – слишком рано. В основном люди сообщали о незнакомых машинах на дороге к югу от Леруика в ночь на четвертое. Кто-то видел Кэтрин на вечеринке в Хаа.

По воскресеньям за обедом в баре было полно народу. Многие узнавали Переса, но видя, что он занят, не беспокоили его. Тейлор казался подавленным. Он молча выслушал рассказ о встрече с Дунканом Хантером. Пиво, которое он заказал сразу по приходе, так и стояло нетронутым. Они сидели в полутемном углу, где никто не мог их подслушать.

– Я позвонил мистеру Россу и попросил найти камеру, – сказал Перес. – Если Кэтрин снимала вечеринку, мы сможем опознать больше гостей.

Тейлор оторвал взгляд от пива.

– Я думал, к сегодняшнему дню мы продвинемся дальше. Надеялся, что к выходным все уже будет ясно. Все оказалось сложнее, чем я предполагал.

Перес понял: англичанин приехал на Шетландские острова в полной уверенности, что дело простое, он быстро раскроет его и вернется домой с триумфом.

Тейлор отхлебнул пива.

– Может, мы что-то упустили?

– Алекс Генри, – ответил Перес. – Муж учительницы. Мы взяли у него показания, потому что он был вторым на месте преступления, но толком не беседовали. Если связывать убийство Кэтрин Росс с исчезновением Катрионы Брюс, то стоит поговорить. Он живет рядом с домом, где жили обе девушки.

– Он уже жил там, когда пропала Катриона?

– Маргарет Генри много лет преподает в Рейвенсвике. Она учила ту девочку. В деле есть ее показания. Возможно, она даже последней видела Катриону перед исчезновением. Утверждала, что в тот день девочка побежала вверх по тропинке к Хиллхеду. Это была суббота. Школьники не учились.

– Его тоже тогда допрашивали?

– Кратко. Все были уверены, что убийца – Магнус Тейт.

– Расскажи о нем.

– Да особо нечего рассказывать. Он ученый. Специалист по охране природы в администрации Шетландских островов. Отслеживает состояние экосистем, рассматривает заявки на строительство. Должность создали на нефтяные деньги. Кажется, добросовестный. Нажил пару врагов – ну, знаешь, как бывает. Протестовал против застройки, потому что осушили бы болото с редкими растениями. Рыбаки его ненавидят – грозился привлечь их за отстрел тюленей. Тихий семьянин. Возможно, немного отшельник.