Лицо у Аррана раскраснелось от гнева и долгой пробежки, которая тяжело давалась людям его возраста. Королева Мерет подошла к нему и положила свою ладонь на плечо в успокаивающем жесте.

– Вы тратите столько сил на моих детей. Вам следует отдохнуть, Арран.

Лиан и Брен сжали губы, чтобы не засмеяться в голос. Но настроение тут же испортилось, когда ветер донес слова Аррана:

– Пусть принцесса и отказалась от престола Милэйна, она все еще относится к королевской семье, и через два поколения ее потомки…

Голос стих, когда Арран скрылся за поворотом, ведущим из сада, но его слова продолжали звучать в голове, напоминая об эгоизме и слабости. Мысли унесли Лиан в постыдное прошлое, поэтому она не сразу заметила возвращение мамы. Брен, поймав ее настрой, тяжело вздохнул. С весельем на сегодня было покончено.

– Кажется, отец хотел видеть меня. – Он поклонился сестре и матери и покинул оранжерею, оглядываясь и с волнением посматривая на Лиан.

По телу поднялся гнев. Все неустанно напоминали Лиадан, что она отказалась от престола и перебросила эту обязанность на Хэдина. Что на нее возлагали столько надежд. Что она была лучом самой яркой звезды, которая должна была осветить весь Милэйн и подарить ему светлое будущее.

Лиан знала, что поступила неправильно. Знала, что сначала подумала о себе и только потом о народе. Потому-то она и сражалась против орков, защищая Милэйн другим способом. Это были ее отчаянные извинения перед людьми, которых она подвела.

– Почему он продолжает мне об этом напоминать? – обреченно спросила Лиан. – Почему они все…

Королева прошла мимо и направилась дальше по широкой дорожке, выложенной темным камнем. Лиан неохотно поплелась следом.

– Мы же это уже обсуждали. Твой отказ никак не повлиял на положение королевства. Ты не готова, и мы с отцом принимаем твое решение.

От благодарности и вины в животе Лиан образовался болезненный ком. Сколько раз она подслушивала разговоры отца и советников, которые рекомендовали королю настоять и заставить старшую дочь принять трон. Убеждали, что подобные поблажки неуместны в королевских семьях. Что Лиан должна была принять свою судьбу и с достоинством продолжить род. Но как бы сильно отец не любил народ Милэйна, свою дочь он любил больше. И эта любовь уже несколько лет висела на душе тяжким грузом.

Лиан шла чуть позади королевы, стараясь не наступать на шлейф платья. Она сама уже давно отказалась от торжественных нарядов, но делала исключение для приемов. После того, как Лиан окончательно выбрала судьбу воина, платья сменились на форму, а замысловатые прически на тугие косы и хвосты.

Попав на военную площадку в первый раз, Лиан поняла, что это именно то, чего она хочет. Не корону на голове, а оружие в руках.

– Ты еще не видела Хэдина? – спросила мама.

Лиан выпорхнула из своих мыслей.

– Он пока не вернулся.

Лицо матери скрылось в тени листьев. Свет продолжал падать на ее платье, отражаясь от крупных камней на корсете.

– Я хотела поговорить с тобой на счет него.

Лиадан медленно обошла мать по кругу.

– Снова? – напряженно спросила она, чувствуя, как цветочная пыльца щекочет нос. – Хэдин мой друг, и я не собираюсь…

Лиадан не смогла закончить. Она даже через плотную ткань костюма смогла почувствовать, как на ее спине выступил знак. Цветы глицинии, которая считалась символом семьи Хэдина. Знак, который связывал его и Лиан и делал возможным их союз как… супругов.

– Мы решили, что постараемся обойти эту глупую традицию.

Санталы благословили их в раннем детстве, поэтому правители Милэйна, не раздумывая, связали своих детей древней магией. Это был глупый поступок. Никто из их предков никогда не пытался объединить две семьи посредством брака. Когда-то это вообще было запрещено. Но санталы предсказали двум наследникам великое будущее. Замужества не было в условии, поэтому Лиан продолжала злиться из-за решения родителей повлиять на ее судьбу.

– Санталы сказали, что есть способ избавиться от связи. – Лиан замешкалась на мгновение. – Вы обещали, что свадьба будет только в том случае, если у нас появятся чувства друг к другу.

Королева улыбнулась и взяла Лиан за руки.

– Из вас двоих лишь ты, моя дорогая, противишься этим чувствам.

– Хэдин не влюблен в меня, матушка.

Лиан пресекла любые мысли о возможном замужестве. Хэдин? Нет. Лиан знала Хэдина от макушки до кончиков пальцев, и ее вполне устраивали их отношения. Только друзья. Соратники. Никто больше.

Она не успела открыть рот. Послышался пронзительный сигнал с южной стороны дворца. Режущий звук заполнил тишину.

– Какой-то отряд вернулся. Может, Хэдина, – сказала за нее королева.

Мерет прошла мимо дочери. Она хотела что-то сказать Лиан, но промолчала и направилась дальше, оставляя после себя аромат свежей листвы и пыльцы, которыми был охвачен каждый уголок сада. Как только королева ступила на террасу, из-за поворота появились четыре фрейлины.

Лиан осталась стоять на месте. Сладкий запах захватил ее в плен, и только сейчас она поняла, что все это время находилась под глицинией. Яркие фиолетово-синие цветы свисали в некоторых местах почти до самой земли. Глициния украшала несколько мест в Аэрине, делая его самым красивым городом в королевстве. Но реальность была такова, что только глициния могла расти в этих краях и не погибать от холодов и сильного ветра.