Но если они расстались, то где он? С чего ему тогда прятаться? Может, Лешка что лишнее брякнул сгоряча, язык у него прямо-таки помело, а Машка ему… Господи, да она его только так без глаз оставит! Ногти у Машки как у пантеры, любого на ленты раздергает, кошмар какой…»

Тамара застыла перед зеркалом, до того встревожила ее последняя мысль. Невидяще глядя на собственное отражение — оно совершенно перестало волновать, — Тамара виновато пробормотала:

—Совсем забыла об этой парочке. Напрочь из головы вылетела. Игорь все!

Девушка встряхнула головой, пытаясь прогнать нехорошие предчувствия насчет Лешкиной горькой судьбы, и пошла прямиком на охранника. Вид у нее был диковатый, глаза болезненно блестели, и парень шарахнулся в сторону, уступая дорогу. Тамара ткнула в него пальцем и спросила:

—Лельке, что ли, позвонить? Они с Машкой дружат…

Но ответа от побледневшего охранника ждать не стала. Она поднималась на третий этаж и говорила себе, что сегодня же вечером —или лучше завтра с утра?— отыщет Сазонова. И все-все выяснит. В конце концов, если Машка и лишила Лешку одного уха, например, то не так уж она и виновата. Сазонов даже ангела до белого каления доведет, тот еще умелец. А Машка… Ох, она далеко не ангел!

Ювелирный отдел находился справа и отделялся от других не стеклянной стеной, а капитальной. И двери имел двойные. Стандартные деревянные и металлическую решетку. Тамара осторожно потрогала пальцем обрывки бумаги на окрашенном в белый цвет стальном косяке и с радостным волнением признала в них остатки печати.

Почувствовав спиной подозрительный взгляд дежурившего на площадке очередного охранника, высокого парня с квадратным затылком, Тамара гусей дразнить не рискнула и вошла внутрь. Для начала она думала побыть клиентом. Привередливым малость, нечего народ баловать. Тем более она давно собиралась купить себе цепочку для крестика, матери обещала.

Тамара осмотрела помещение и хмыкнула про себя: ну и конура! От силы тридцать квадратных метров. Ну, тридцати пять.

Выглядел отдел, правда, довольно современно, что Тамара с неохотой признала. Одно громадное, во всю стену, окно чего стоило. И лимон в кадушке неплохо сюда вписывался, на деревце даже плоды висели, самый крупный слегка пожелтел. Китайская роза в углу тоже шикарная, в комнате такую не особо подержишь, уж очень куст разросся, метра полтора вширь, а то и больше.

«Да-а, вот куда можно слона припрятать, не то что паршивый браслетик с брильянтами или пару перстеньков. Хотя нет — металлоискатель!»

Проклятый прибор все осложнял. Получалось, нужно искать не просто тайник, а… Непонятно что!

Ровный ряд ламп дневного света под потолком оставил Тамару совершенно равнодушной, она их сразу же отвергла. Во-первых, Лелька говорила — в последний раз их вскрывали для проверки. А во-вторых, сколько времени нужно, чтобы ими воспользоваться? Уж не минуту-другую, ясно. А Лелька утверждала, что никто из сотрудников один в помещении не оставался. Отвернуться кто-то из них мог, понятно, но не выходил.

—Интересненько-интересненько,—пробормотала Тамара, безуспешно выглядывая местечко для тайника.

Она даже зачем-то на цыпочки привстала, будто так можно больше увидеть. Но кто-то из девчонок-продавщиц хихикнул, и Тамара моментально задрала подбородок, изобразив на лице полное безразличие.

Постояла немного у окна, оценивающе ощупала один из лимонов — тот, что висел пониже, — и удовлетворенно хмыкнула: настоящий. Затем обернулась и снова принялась играть роль миссис Марпл.

Посреди отдела на круглой стеклянной пластине был установлен очень симпатичный манекен, Тамара мгновенно его оценила, он ничуть не напоминал дешевые муляжи в других магазинах. Издали тоненькая фигурка смотрелась чуть ли не живой — молоденькая девушка в белом легком платьице словно бежала куда-то. Босая, светловолосая, синеглазая, улыбающаяся… Ее не портила даже дешевая бижутерия.

Тамара медленно обошла манекен и слегка поморщилась: не могли подобрать для рекламы что поприличнее! Бусы в несколько рядов из поддельного жемчуга, перстни с огромными аляповатыми камнями, прямо булыжники, грубый браслет на правой руке, а тоненькую щиколотку зачем-то обматывала цепочка.

—Полнейшая безвкусица,— проворчала Тамара себе под нос и тут же приняла самый неприступный вид, ей показалось, что она услышала шепот. Впрочем, какое ей дело?

И Тамара хмыкнула: интересно, кто додумался так изуродовать бедняжку манекен, Игорь или одна из продавщиц? Если Воскресенский — понятно, мужики редко разбираются в украшениях. Игорь наверняка считает: чем больше камень на перстне, тем лучше. И чем массивнее браслет, тем дороже, а значит, интереснее. Бухгалтерия!

Стараясь не обращать внимания на продавщиц — она рассмотрит девчонок в последнюю очередь, чтобы не запутаться и запомнить первое впечатление, оно важнее всего, — Тамара подошла к витринам и одобрительно улыбнулась: неплохо! Раз, два, три, четыре, пять…

—Класс!—невольно восхитилась она.

Пять плоских витрин расположили вдоль длинной стены как раз напротив окна, чтобы на них падал дневной свет. Да еще каждая подсвечена дополнительно, узкие трубки ламп спрятаны внутри, в боковых стенках, украшения превосходно освещены, видно все до мелочей, даже форма крошечных звеньев самой тонкой цепочки.