Шрифт:
Линара, поджав губы, внимательно осматривала ровное пространство перед собой, стараясь хладнокровно, беспристрастно и четко проанализировать жутковатую картину странной битвы. Зачем, она сама не понимала.
Тела концентрировались вокруг вросшего в противоположный склон валуна. Ближние к нему были явно посечены мечами, ибо были лишены ужасающих ран, уродовавших распростертые почти под ногами лошадей тела. По ним словно прошлась гигантская воронка Хаоса, перемоловшая нападавших орков. Да, орков… глаза немного привыкли, и она разглядела…
На валуне жалкой бесформенной кучей распростерлась фигура в шаманских одеяниях, украшенных бахромой.
Рискнуть и спуститься вниз?
«Да»,– пришла чужая мысль.
«Вы удовлетворены увиденным?» – злобно подумала-спросила Лина.
«Вполне…»
Она покорно скользнула вниз по склону, вытаскивая клинки из закрепленных на спине ножен. Мало ли…
Кося одним глазом на небо, а другим на землю, обагренную кровью, девушка, брезгливо передергиваясь, на цыпочках двинулась через поле боя, усеянное телами. Земля пропиталась кровью. Ее тяжелый сладковатый дух кружил голову и туманил сознание.
В небе кружили стервятники.
Сквозь застилающую глаза алую пелену он огляделся, обессилено прислонившись к камню и чувствуя, как подгибаются ноги. Отчего такая слабость? Мечи выпали из рук, тихо звякнув о камень. У его ног лежали два десятка орков, сраженных этими именными клинками. Зря… Зачем он согласился?
А как хорошо все начиналось! Заказ таинственного нанимателя казался сложным, но отнюдь не невыполнимым. К тому же предлагались такие деньги! Хотя… половинная предоплата должна была насторожить его…
Авантюрная жилка оказалась сильнее голоса разума… Сможет ли он… прервать один ритуал, причем так, чтоб означенная жертва осталась жива? У него получилось…
И что дальше? Почему не спросить было, что это за ритуал?
Почему?
Почему они атаковали так отчаянно, непродуманно? Почему пешие… все разом… напирая друг на друга… ведь только поэтому… мы еще живы… Мысли прерывались, сознание уплывало… Почему дрожат пальцы? С удивлением поднеся руку к лицу, он тупо посмотрел на окровавленную ладонь…
Ранен?
Он просто выиграл немного времени для молоденькой шаманки. Ее пробирающее до костей гудение, завершившееся громким гортанным вскриком, высвободило Силу, пронесшуюся расширяющейся волной по рвущимся вперед оркам. Хорошо, что он нечувствителен к магии…
Мерзость… какая это мерзость…
Сползая на землю, он запрокинул голову, морщась от боли во всем теле. Шаманка бессильно распростерлась на камне. Тонкая рука, увитая до плеча золотыми браслетами, безжизненно свешивалась вниз, грудь еле заметно вздымалась.
Живы, живы… Надолго ли?
И зачем он согласился? Деньги, гордость, опасность… смерть… стоило ли того?
Воин долго лежал, глядя в прозрачное небо, то проваливаясь в мрачное забытье, то выплывая в мир, полный боли и горячечного бреда, уже не отличая одно от другого.
В голове билась отчаянная мысль…
Зачем?
Зачем?
Зачем?
В очередной раз погружаясь в пучину безвременья, он вдруг заметил какое-то движение. Реальность или сон? Всадники?
Смерть?
Четверо… замерли напряженно. В глазах двоилось… Самая маленькая, гибко и грациозно переступая среди ошметков тел, двинулась… куда? Не видно… Пропала из поля зрения. Сил не было… даже чтобы повернуть голову… Некая толика любопытства овладела им, побуждая к борьбе за жизнь.
Кто это? Демоны-душеловы, появляющиеся, когда кто-то умирает? Это бред, предсмертный бред…
Наконец… брезгливо передергиваясь, она склонялась над телами… внимательно что-то изучая. Продолжением рук у нее были… темные когти… или клинки?
Ищет поживу?
Попробовав пошевелиться, он как в тяжелом, мутном сне увидел резкое, хищное движение, когда Смерть стремительно метнулась к валуну. По ее плечам рассыпался золотой ливень, заигравший на солнце яркими красками. Она заглянула в его широко раскрытые, невидящие глаза…
Резко выпрямившись, бледная тень прокричала слова, заставившие потратить последние силы на удивление:
– Милава, тут живые есть, Тьма побери!
Мутное марево, которым было окутано сознание, вяло колыхалось, потревоженное незнакомыми голосами.