— Погляди, у нее тоже печальный вид, — сочувственно заметила Жюли. — Говорят, она страдает по королю, в которого безумно влюблена, да и он ее тоже любит, — прибавила она, делая ударение на каждом слоге. — А теперь ей придется ехать в Италию и выходить замуж за человека, которого она совсем не знает, — за Онульфа Колонну, неаполитанского принца…

Посмотрев на входную дверь, Габриель разглядел только кордон из внушительного вида гвардейцев. Раскатистый шум голосов заглушал звуки камерного оркестра, которым дирижировал низенький энергичный человечек: по словам Жюли, это был многообещающий итальянский композитор по имени Люлли, [28] недавно перебравшийся во Францию.

— Габриель?!

Услышав неожиданный оклик, юноша вздрогнул.

— Луиза! — обрадовался он, увидев свою подругу.

— Только не говори, что ты ищешь меня.

— По правде, я ищу Мольера, он, наверно, обговаривает сайнеты, [29] которые будут показывать сегодня за ужином. Пойду поищу его в главном зале.

Девушка потянула его за рукав.

— Ты не представляешь, как я рада тебя видеть. Знаешь, со мной говорил король! Да, вот так, как ты сейчас! Со мной разговаривал сам король Франции!

— Малышка…

Габриель улыбнулся, поправил светлый локон, упавший на лицо девушки, и вдруг понял, что жест его был совершенно неуместен. Заметив, как он вздрогнул от смущения, Луиза увлекла его за одну из опор колоннады.

— Осторожней, господин комедиант… Вы плохо справляетесь с ролью!

— Не смейся, — серьезным тоном остановил ее Габриель. — Сама знаешь, что будет, если узнают, кто я такой. К счастью, на комедиантов никто не обращает внимания. Такой вот странный парадокс. Да что с тобой, Луиза? — спросил он, заметив, что девушка его больше не слушает.

Он повернулся и увидел то, что привлекло ее внимание.

— Король, — прошептала она, краснея.

В зал действительно входила королевская чета, вызвав всеобщее оживление и особенный гул. Король с королевой спокойно проследовали сквозь плотные ряды придворных, разомкнувшиеся при их появлении.

— Они направляются в покои кардинала. Он прибыл в Венсен сегодня днем после подписания брачных договоров, чтобы присутствовать на службе в собственной часовне, а теперь здесь, — послышался рядом чей-то голос.

Габриель поднял голову, но того, кто произнес эти слова, не увидел. Краешком глаза он наблюдал за Луизой, пребывавшей все еще в своих грезах, как вдруг перед ними возник лакей — из числа королевской прислуги, судя по ливрее, — незаметно отделившийся от прочей челяди, что следовала за их величествами.

— Мадемуазель де Лавальер? — обратился он к ней таким тоном, будто заранее знал ответ.

Луиза утвердительно кивнула. Лакей извлек из-под левого манжета ливреи конверт, с поклоном передал ей и без лишних объяснений ретировался.

Луиза, словно зачарованная, повернулась к Габриелю, показывая конверт.

— Верительная грамота от герцогини, должно быть, — пошутил он, — или экземплярчик того самого пасквиля, против кардинала…

Девушка пожала плечами и вздохнула.

— Это совсем не смешно, — сказала она, распечатывая конверт.

Габриелю показалось, что в глубине зала мелькнул знакомый силуэт Мольера, и, встав на цыпочки, он увидел, как тот скрылся в направлении столовой. Юноша повернулся к Луизе, собираясь предупредить ее, что должен догнать мастера, и удивился, заметив, как побледнела девушка. На ее прекрасном, с тонкими чертами лице застыло отсутствующее выражение.

— Луиза, — нахмурив брови, окликнул ее Габриель.

Она ничего не ответила, только сильнее сжала конверт. Габриель схватил ее за руку.

— Да что с тобой?

Девушка медленно подняла на него свои голубые глаза, и он увидел в них странный блеск — будто от волнения и в то же время от легкого испуга.

— Король, Габриель, король…

— Король? — весело спросил Габриель, хотя понимал ее все меньше.

— Он прислал мне письмо.

У юноши широко раскрылись глаза.

Он покраснел, а Луиза принялась кусать губы.

— Ни слова больше, мне нужно идти, — проговорила она, отступая на шаг.

— Куда это еще, черт возьми? — изумился Габриель, пускаясь вслед за нею.

Она отстранилась.

— Не знаю… воздухом подышать.

В этот миг рядом раздался чей-то голос. От неожиданности оба вздрогнули, а когда обернулись, то увидели суперинтенданта финансов, смотревшего на них с иронией.

— Ну-с, господин политический комедиант! Господин Мольер потом обливается при мысли о скором представлении, а вы тут, стало быть, веселитесь? Поглядите, господин де Лафонтен, это тот молодой человек, о котором я вам на днях рассказывал. Я говорил, что он весьма неглуп, к тому же Провидение к нему явно благоволит, как, впрочем, и удача, — прибавил он, обращаясь к своему спутнику и слегка поклонившись Луизе де Лавальер.