– Может, поговорим в другом месте?

– Не волнуйтесь, ордера на арест у нас с собой нет.

– Как скажете… – в голосе была покорность судьбе.

Паша нехотя вылез из кабины своего самосвала и неловко протиснулся на заднее сидение “Волги” к самой левой двери, куда указал ему Михаил, садясь на переднее сидение. Он только повернулся вполоборота назад.

– Рассказывайте!

– О чем?

– Вы прекрасно знаете, что нас интересует.

– У вас уже нет другого интереса, как ловить нас за три тонны коровьего дерьма. Небось, из города приехали? Бензин дороже стоит…

– Павел Алексеевич, давайте ближе к делу. В нашей экономике мы разберемся сами. Вы говорите о своей!

– Так я денег не беру. Пол-литра самогона и все дела. А с Гальки просил две – так она требовала перегной. Ей свежий не годится. Перегной лопатой надо грузить. В поле с бурта… Грузчику я должен платить? Или за пол-литра горбатиться? Ну, я ей отказал…

– По вашему, если брать самогоном, то это уже не воровство. Вроде как, украл и тут же себя наказал – надрался до отупения какой-то дряни. Наказал семью: жену, детей. Понятно, почему жена жалуется. Какой вы после пьянки мужик в постели, хозяин в доме, воспитатель детям?! Можно понять человека, который унижается до воровства, чтобы купить детям конфеты и книжки. Может быть, выучатся и им не придется воровать навоз.

Паша сидел, вытаращив глаза и ничего не понимая. Что этому молодому парню надо? Проехал сорок километров, чтобы ему мораль читать?! Поздно его воспитывать! Неужели из-за того случая? Так машина цела. Пусть докажет!

– Поздно меня воспитывать!

– Мы здесь действительно не за этим. Расскажите, что случилось в понедельник, девятнадцатого августа?

– Когда, когда?

– Могу повторить, но вы и так поняли, о чем речь. Хотите выиграть время, чтобы придумать какую-нибудь ложь?

– Что тут придумывать?! Ну, прогулял половину рабочего дня. Дело было так. В субботу отвез машину перегноя одному дачнику. За литру спирта. Два дня мы с приятелем гудели. В понедельник утром какая работа? Как всегда по жадности на похмелку ничего не оставили. Решил по обыкновению смотаться на полчаса за пивом. Но не рассчитал. Сильно развезло. Проспал до обеда.

– Где проспали?

– Как обычно, в кабине.

– А ваш самосвал в это время ездил неуправляемый и столкнулся с “Москвичом”. Машина вдребезги, водитель до сих пор в травматологии.

– Не нужно выдумывать!

– Кто из нас выдумывает, мы скоро запишем в протокол, и, как я вижу, не здесь, а в городском Управлении милиции. Выходите из машины!

Михаил вышел также и подошел к кабине с правой стороны. Он уже при первом беглом осмотре заметил стекло, застрявшее в щелях капота.

– Откуда эти вмятины на капоте и ступеньке?

– Дерево зацепил…

– И оно было хрустальным. Рассыпалось на мелкие стеклышки. Вы не потрудились даже скрыть следы аварии.

– Какой аварии?! Да, я сбрехал. Я не спал. У меня украли машину. Потом я ее нашел. Крыло и ступенька были смяты. Снял колесо и кувалдой выровнял. Завгару сказал, что и вам – зацепил дерево при развороте…

– Довольно разговоров! Садитесь в нашу машину, а я поведу вашу.

– Куда мы поедем?! – в голосе Паши был откровенный испуг.

– Сначала недалеко, в контору. Потом посмотрим!

– Все расскажу, как на духу! У меня есть свидетели!

К приезду завгара протокол был написан. Ничего нового водитель не сказал. Уточнили, насколько Паша помнил, время. Самосвал пропал около восьми утра, нашли его около двенадцати. Когда его бросили, неизвестно. Паша встретил у бара водителя из их гаража и объезжал село в поисках самосвала вместе с ним уже на машине. Они предполагали и остались при мнении, что самосвал брали ребята покататься. Отыскали этого водителя и еще других свидетелей пропажи самосвала. Об аварии на дороге никто не слышал и в это можно поверить. Объявление было в городской газете. Приглашались свидетели аварии. Но в селах больше читают областную газету.

Протокол подписали в качестве понятых завгар и бухгалтер. Самосвал Михаил забрал в город для экспертизы. Он сам его вел. Нужно было достоверно установить, что Манюню сбили именно этой машиной. Для этого предстояло проверить еще отпечатки протекторов.

В палату к Манюне Михаил вошел с таким лицом, что тот сразу догадался – есть новые результаты.

– Ты просто сияешь. Давай, выкладывай! Не томи…

– Нашел самосвал с запахом навоза!

– Невероятно! Водитель сознался?

– Сознался, но не в том. Кто-то специально украл самосвал, и не где-нибудь, а в Христофоровке, чтобы использовать его для диверсии против вас.

– Теперь все складывается!

– Картина проясняется, как при проявлении фотобумаги, но в центре остается огромное белое пятно. Кто это? Сколько их? Мотивы? Сегодня следили за мной, причем на белом “Запорожце”. Очевидно, на нем они выследили и вас. Знали, или знал, что вы будете возвращаться в город к девяти утра. Увел самосвал, проехал вперед и устроил засаду в удобном месте. Потом проселками вернулся в село и бросил самосвал на окраине. Прошел по селу пешком, сел в свою машину и поехал назад в город. Возможно даже, еще раз посмотрел на результат своего акта.