— Если тебя подозревают в убийстве, то все былые заслуги быстро забываются. Однажды они мне дали передышку. Второй ждать не приходится.

— Это верно. А из дома тебе ничего не нужно?

— Да нет. Если мне приспичит, я всегда могу незаметно пробраться внутрь. Но лучше все же держаться подальше. Так что если что узнаешь, найди меня через Энди.

— Договорились.

Я вытащил у него из кармана свежую газету.

— Это мне?

Питер-пес кивнул, улыбнулся и ушел. Я взял газету, кивнул на прощанье Тони Бэю и прямо на ходу стал читать.

Моей личности посвящена целая полоса. Неплохое паблисити.

Вкратце там сообщалось следующее: при попытке задержания подозреваемого в убийстве произошло столкновение с его сообщниками, в результате потасовки четверо убиты и несколько человек ранены. Среди убитых Винсент Стипетто (Крошка Степ), Карл Хувер и Моу Грин — все из шайки известного гангстера Примо Стипетто (Большого Степа). Четвертый труп был опознан как некто Льюис Койн, адрес неизвестен. Остальные, участвовавшие в потасовке, скрылись, так же как и Ирландец Райен, подозреваемый в убийстве Фреда (Пенни) Стипетто.

В целом же сообщение было слишком туманным для уличной пальбы такого масштаба. Понять из него что-либо было нелегко. Я, с одной стороны, должен был стать жертвой братьев Стипетто, а с другой — был с ними заодно: ведь они помогли мне избежать ареста. Никто даже не позаботился о том, чтобы концы с концами сходились хотя бы в этом сообщении.

В заметке также сообщалось, что Карин Синклер получила тяжелые ранения и попала в больницу Бельвю; она была названа секретаршей из Федеральной комиссии связи. Больше в газете не было решительно ничего.

В хороший переплет я попал, нечего сказать. Все хотят меня убить, а я тем временем должен доставить какую-то государственную тайну кому-то, кто меня уж точно не отпустит подобру-поздорову. Настоящая гангстерская жизнь.

Я позвонил в больницу из небольшой забегаловки в районе Седьмой авеню. Представился корреспондентом Ассошиэйтед Пресс и поинтересовался у дежурной состоянием здоровья Карин Синклер. Дежурная оказалась в хорошем настроении и соединила меня с нужным этажом. Там мне сообщили, что Карин Синклер все еще в тяжелом состоянии и к ней не пускают. Я поблагодарил и повесил трубку. Следующий звонок я решил сделать с другого аппарата, потому что если красотка Синклер мне не соврала, то федеральная полиция должна вокруг нее на ушах стоять.

Дежурный в полицейском участке соединил меня с офисом, и грубый голос сказал:

— Ньюболдер у телефона.

— Привет, сержант, это Райен.

После тяжелой минутной паузы Ньюболдер скучающим тоном спросил:

— Ну что, приятель, где ты там?

— Я звоню из автомата. Не трудись меня выслеживать, через минуту я буду уже в другом месте...

Он и сам это понял, и я мог бы поручиться, что он не стал меня засекать. Возможно, он все еще хорошо помнил прошлогоднюю историю.

— Ну что, зайдешь к нам?

— Пока нет. Мне тут нужно закончить кое-какие дела.

— Да ну? — Голос его звучал даже дружелюбно.

— Но кое-что все же хотелось бы обсудить начистоту. Не надо вешать на меня убийство Пенни Стипетто. Это не я его прикончил. Я вообще не имею к этому делу никакого отношения. Возьмитесь с другого конца, если хотите докопаться до истины.

Некоторое время он молчал, потом спокойно сказал:

— Я и не думал, что это обязательно ты. Хотя и ты бы мог. К тому же у нас тебе было бы безопаснее, чем на улице, — с Большим Стипетто, дышащим в спину.

— Да я на него плевать хотел.

— Правда? А вот меня так он очень беспокоит. По-моему, он еще натворит дел.

— Черт с ним. Поговорим лучше о девчонке, о Синклер.

Ньюболдер быстро отреагировал, даже слишком быстро:

— А она при чем?

— Она заговорила?

И снова его реакция была слишком быстрой:

— А что она должна была сказать?

— Это-то меня и интересует.

— Черт бы тебя побрал!

— Она очень при чем, сержант. Ведь не из-за меня же вся эта пальба. Конечно, Большой Степ поджидал меня со своими головорезами на улице, но главной тут была она.

— Райен... — Теперь, это я точно знал, он решил меня засечь и уже ругал себя за то, что не позаботился об этом раньше.

— Ну, я еще позвоню тебе, приятель, — сказал я и повесил трубку.

Петля вокруг моего горла затягивалась все туже и туже.

Итак, Ньюболдер считал, что девица подсела ко мне совершенно случайно и я просто воспользовался ситуацией, чтобы сбежать. Теперь же он понял, что я сыграл в этой истории гораздо более сложную роль. Отчасти это и неплохо. Если легавые мне понадобятся, я всегда смогу позвать их на помощь.