– Чем ты занимаешься?
– спросил он.

– Я юрист.

Юрист. Могло ли быть что-то более пугающее? Может, если бы он был неврологом или настоящим специалистом по ракетостроению. Но все же диплома юриста было достаточно, чтобы Кейси вжался в кресло.

– Ох, - слабо ответил он.

– Что не так?

Кейси вздохнул и решил сказать правду.

– Не понимаю, что ты здесь делаешь со мной, вот и все.

Брэндон застонал.

– Нам обязательно повторять это еще раз?

– Но ты же юрист. Я механик. Ты умный. Я не...

– Я отказываюсь верить, что ты не умен просто потому, что ты не юрист. И даже если бы ты был юристом, я бы не воспринял это как доказательство твоего интеллекта. Для этого я встречал слишком много юристов-идиотов.

– И все же...

– Кейси, послушай. Мы не такие разные, как ты думаешь. Да, сейчас я юрист, но это не значит, что я родился в белом воротничке. Моя семья была во многом похожа на твою.

Кейси не смог скрыть своего удивления.

– В это трудно поверить.

– Но это правда. Я вырос в семье работяг. Мой отец всю свою жизнь проработал в нефтяном бизнесе, в основном в качестве рабочего на буровой вышке. Мой старший брат - бурильщик. Мой младший брат - машинист. Мой средний брат – червь и, вероятно, всегда им будет, потому что он законченный профан. И все думали, что я тоже буду работягой. Вот только я никогда не был таким, как они. Они славные парни, гордящиеся своим оружием, своими мускулами и тем, сколько телок они могут трахнуть. А я? Я всегда был слабым звеном, прятался в углу со своей книгой.

Подошел официант с их напитками, и Кейси уставился на скатерть в красно-белую клетку, размышляя об этом. Брэндон был прав. У них было схожее воспитание. Хотя Кейси не знал, чем занимаются рабочий на буровой вышке, червь или машинист, он понимал, что они работают на нефтяных месторождениях. Отец Кейси больше занимался дорожным строительством, чем добычей нефти, а его братья были кровельщиками и каркасниками, но, как и Брэндон, Кейси всегда был пятым колесом. В его случае это было в основном из-за его роста. Он был не таким крупным, как его братья или их отец. Но это было не единственное отличие. Они были громкими, общительными людьми. Они любили шуметь. Ходили в бары, играли в бильярд и пили до тех пор, пока им не приходилось тащиться домой. Они любили поспорить и даже иногда затевали драку на кулаках, просто чтобы доказать, что могут. Кейси всегда предпочитал оставаться дома со своей матерью, пока она не ушла. После этого он оставался дома один.

– Когда я учился в старших классах, - продолжил Брэндон, когда официант ушел, - мой отец застукал меня с другим парнем. Он сказал, что должен был знать, что я окажусь педиком и никогда не выживу в нефтяном бизнесе. Сказал, что эти работяги съедят меня живьем. Я решил доказать, что он не прав. Но я не хотел работать в поле. Я подумал, что единственное, что мой отец уважает больше, чем работяг, это деньги. Поэтому я закончил школу и стал буровым юристом. Ты знаешь, что это значит?

– Нет.

– Я работаю в нефтегазовом секторе, занимаюсь слияниями и поглощениями. Люди привыкли смотреть на это свысока, но это быстро развивающаяся отрасль. Я уже являюсь младшим партнером в своей фирме, что довольно неплохо, учитывая, что мне всего тридцать два. И я зарабатываю чертовски хорошие деньги. Но знаешь что?

– Что?

– Для моего отца все это ничего не значило. С его точки зрения, я по-прежнему неудачник. Но, - он многозначительно посмотрел на Кейси, как бы подчеркивая свою точку зрения, - то, что мой отец так считает, еще не значит, что это правда.

– Думаю, мы не такие разные, как я думал.

Брэндон торжествующе улыбнулся и сделал большой глоток пива.

Кейси провел кончиком пальца по квадрату на виниловой скатерти, предпочитая сосредоточиться на этом, а не встречаться взглядом с Брэндоном.

– А что насчет твоей мамы?

– Они развелись, когда я учился в старших классах. И она принимает меня. Как будто у нас с братьями есть какая-то неофициальная договоренность: Я получил ее, а они получили моего отца.

Прямо как у Кейси. Только рак отнял у него мать, когда он больше всего в ней нуждался.

Он вздохнул с облегчением, когда принесли еду. Это показалось естественным поводом сменить тему. С минуту они были заняты тем, что раскладывали пиццу по тарелкам. Но затем Брэндон тихо спросил:

– Ты расскажешь мне о своей истории с машинами? Ты знаешь, почему они так на тебя влияют?

– Это смущает.
– Кейси помешивал соломинкой лед в своей коле, избегая встречаться взглядом с Брэндоном.
– Я имею в виду, ну какого человека заводит машина?

– Ты мне скажи, - попросил Брэндон.
– Какого человека заводит машина? Мне любопытно.