Меня вообще с утра поначалу по итогам всей ситуации ощутимо потряхивать начало. Отоспавшийся мозг проанализировал ситуацию и осознал, что вообще-то я по краю прошёлся.

Приехать в гости к человеку, который братьев по разуму на запчасти разбирает, а потом ещё и хамить ему начать. Апофеоз вселенской мудрости! При иных раскладах меня запросто могли в соседнем подвале на куски порезать, так что смело можно число в календаре красным фломастером обводить и второй День рождения праздновать. И появление змейки оказалось не только удивительно, но и очень даже вовремя. Так что теперь не мешало бы с ней познакомиться поближе. Так сказать, выразить признательность и понять функционал данного существа поподробнее.

Другой вопрос, что питомец мне, судя по всему, с гонором попался и упорно не желал идти на контакт по моей просьбе. Я уже кольцо со всех сторон рассмотрел, обнюхал буквально, но так и не понял, что надо делать, чтобы появилась золотистая змейка.

— Встань передо мной, как лист перед травой! — продолжал вспоминать я самые экзотические команды. Ну как-то же можно активировать кольцо. Не может же быть такого, что оно только на стрессовые ситуации реагирует.

— Милая змейка, покажи свой облик, — изощрялся я, даже не представляя в каком направлении надо двигаться. В какой-то момент моя фантазия начала откровенно сбоить, и я понял, что перебрал уже все доступные моему мозгу варианты. — Гюльчатай, открой личико!

Кольцо безмолвствовало, даже руку не кусало, как раньше бывало. Потереть может надо в каком-то определённом месте? С другой стороны, я же в гостях у Князева ничего такого не делал. Я в тот момент вообще о кольце не думал.

— Засада! — выругался я и закурил очередную сигарету.

Обидно то как! Осознавать, что у тебя на пальце находится какой-то невероятный артефакт, но не иметь даже малейшего представления, как им пользоваться. Ненавижу ситуации, на которые не могу повлиять. Почему-то сразу начинаю чувствовать никчёмность и ущербность! Как это так, есть проблема, а я ее решить не могу!

Ну, Матвей Ильич, ну редиска! Неужели нельзя было предупредить о своём подарке. Чепуху нёс какую-то о предназначении, а про самое важное даже не обмолвился. Как же оно активируется? Может слово какое-то заветное нужно…

Я закрыл глаза и вспомнил, как змейка ныряла под пиджак Князева. Стремительный бросок золотого тельца, выразительная гримаса… А здорово…

Легкие касания ноги и шуршание… Я открыл глаза и с изумлением уставился на свою руку, уже лишившуюся подарка.

— Так и надо меня звать, — прозвучал в голове знакомый голос. — Просто представить. Я же не виновата, что Матвей Ильич выбрал в преемники такого неумеху.

— Ты разговариваешь? — я с изумлением уставился на золотистое тельце рептилии, появившееся откуда-то из-под кресла. Между нами было метра полтора, но мне казалось, что я вижу, как змея улыбается.

— Чисто технически — нет! — покачалась на хвосте моя новая знакомая. — Я же змея, мы не разговариваем.

— Так ты живая? — ещё больше изумился я.

— Опять-таки нет. Я спутник Целителя, — в этот момент змейка перестала двигаться и мне стало казаться, что она превратилась в каменное изваяние. — Когда-то мать создала нас, чтобы мы помогали спасать жизни. Не только человеческие. Изначально мать вручила нас жрецам своего храма и повелела творить добро ее именем. Но через двести лет храм был разрушен, и мы с подругами оказались в руках других людей, уже не принадлежащих храму. Я видела разные города и страны, меня хранили разные руки и не все из них спасали жизни и здоровье.

— Они думали, что кольцо — это просто изящное украшение? — уточнил я, не совсем представляя, о чем именно говорит змейка.

— Для того, чтобы проснуться, мне нужно установить ментальную связь с человеком, который носит меня на своём пальце, — пояснила змейка. — Мать никогда не объясняла нам, как это происходит, но в храме у меня никогда не было проблем. И у моих сестёр не было. Когда жрец старел, верховный слуга нашей матери проводил ритуал, и нас торжественно передавали более молодому служителю. Мать лично одобряла выбор верховного жреца, так что если молодой служитель не проходил, то он проваливал испытание. Верховный жрец назначал нового кандидата, а старого мать съедала.

— Оригинально, — поперхнулся я воздухом. — А как же лозунг про творить добро?

— Мать оказывала милость несчастному, — вновь начала раскачиваться змейка. — Он не мог принести пользу матери, значит его жизнь бессмысленна.

— Шикарная логика, — почесал я затылок. — То есть, если бы с тобой не установили эту самую связь, меня бы тоже сожрали?

— Нет, — змейка скользнула ближе ко мне, а затем буквально взлетела вверх по штанине, дальше по рубашке и угнездилась у меня на плече. — Мать съедала только жрецов храма. Я же говорила, что попадала в руки тех, кто не был целителем, и с такими я вообще не могла вступать ни в какой контакт. Да и целители бывают разные. Кто-то только о наживе мечтал, кто-то опыты ставил, да такие, что и представить страшно.

— Прикольно…

Других слов у меня просто не нашлось, а фантазия сразу же начала подкидывать самые разные варианты безумных экспериментов. Большая сила — это же не только большие возможности, но и большие искушения, а сумасшествия у всех разные.

Змейка смотрела на меня максимально серьёзным взглядом, но никак не прокомментировала моё высказывание. А я молчал, не зная, что ещё можно добавить к сказанному.

— Ну и чего ты молчишь? — не выдержал я.

— Я спутник Целителя, — ответила змейка. — Я не говорю, пока меня не спрашивают. Я помогаю Целителю по его просьбе либо защищаю, если вижу опасность.