— Эм… мы собирались только через три часа, — сказала я.

— Это твоя днюха, Фибстер. А значит, мы тусим. И тусим по полной!

Усевшись на пол, она вылила в ведерко какой-то яркий сок, затем водку. Потом открыла колу и начала вливать и ее, помешивая все лопаткой.

— Чувствую себя ведьмой, колдующей над зельем. — Фрэнки уставилась в ведро и пробубнила замогильным голосом: — Пусть Эд захочет меня поцеловать.

Мы неплохо сидели, но чем дольше Люк не писал, тем сильнее я волновалась. Впрочем, внешней веселости не теряла и позволяла себе проверять телефон только раз в четыре песни.

— Вы сегодня Люка не видели? — как можно непринужденнее спросила я.

Фрэнки и Негин покачали головами. И явно не прикидывались.

— А ты? — спросила Фрэнки.

— Нет. Ну то есть… он в курсе, что я с Флорой.

Они кивнули.

— Итак, девчонки, что скажете о Люке Тейлоре? — заговорщицки прошептала Флора. — В смысле, я-то его толком не знаю, а вы знаете.

Фрэнки и Негин отреагировали не сразу, зато потом обе преувеличенно закивали.

— Ага, он милый. Очень, очень милый.

Тон Негин добавил мне нервозности. Я не хотела, чтобы всплыла история со Стеной позора. Если честно, Флоре я пересказала все в несколько розовом свете, сделав акцент на уходе Люка с матча, так что он практически выглядел героем. Я прибавила музыку, но Флора не умолкала.

— Нет, ну вы же понимаете, насколько для меня все это дико. Я семь лет болтала с Фиби о Люке Тейлоре, а теперь у них, кажется, все по-настоящему.

Девчонки снова кивнули.

— Вы же знаете о карте мародеров?

— Флора, заткнись. — Я шлепнула ее по коленке. — Мы же договорились.

— Да ладно, им-то можно рассказать!

Я закатила глаза:

— Хорошо…

Флора встала на колени и наклонилась вперед, размахивая лопаткой будто палочкой:

— В общем, в девятом классе мы нашли в библиотеке копию расписания Люка Тейлора и нарисовали собственную карту мародеров, чтобы в любое время знать, где он.

Фрэнки присвистнула, а Негин заметила:

— Если честно, мы и сейчас так можем.

Я рассмеялась со всеми, но внутренности свело от напряжения.

На кухне нас встретили Коннор, Либерти и остальные, мы сфотографировались и сыграли в «Огненное кольцо» [15] . Я периодически бегала в туалет, чтобы проверить сообщения, но телефон молчал. Люк сказал, что придет. Он знал, что приезжает Флора…

Когда я в очередной раз вернулась, Флора, Негин и Фрэнки обменялись взглядами.

— Что-нибудь слышно от Люка? — ненавязчиво спросила Флора. — Может, напишешь ему?

— Ага, сейчас узнаю, где он. — Я пожала плечами, будто все так и должно быть, и написала: «Ты придешь в общагу? Если нет, увидимся в „Браунс“ в 8».

Затем сунула телефон в карман и заставила себя не смотреть на него до конца игры. Позже, притворившись, что забыла блеск для губ, я забежала в комнату и проверила сообщения. Люк прочел, но не ответил. Я глубоко вдохнула. Ладно, я написала ему всего полчаса назад. Он мог быть занят чем угодно. Но чем?

Возвращаясь на кухню, я слышала разговоры за дверью, но когда вошла, все резко умолкли.

— Что сказал Люк? — спросила Негин.

— О, пока ничего. Наверное, заканчивает эссе.

Она улыбнулась, а Фрэнки пробормотала:

— Люк Тейлор… Такой загадочный.

— В смысле? — засмеялась я.

— Нет, ничего. Просто… — Она осеклась и уставилась на Негин, будто втягивая ее в разговор.

— Просто гадаем, не возникло ли у него… проблем, — тихо произнесла Негин, и Флора протянула мне большой стакан с коктейлем.

Я как раз уходил из библиотеки, когда пришло сообщение от Фиби. Она писала, что готовится поехать в «Браунс» с Флорой и остальными.

Я бесцельно бродил по кампусу, собираясь ей позвонить или даже отправиться в корпус Ди, но не стал. В конце концов я просто написал: «Прости, суматошный день, увидимся за ужином». Что, по сути, переводится как «прости, я долбаный урод», но ничего лучше я придумать не смог.

Я даже не нашел времени заняться сюрпризом. Предполагалось, что он станет гвоздем сегодняшнего вечера, даже затмит «Ариэль», но, поглощенный мыслями об Эбби, я обо всем забыл.

Вернувшись в общагу, я собирался упасть на кровать и попытаться прочистить голову, прежде чем идти на ужин, но затем открыл дверь кухни и решил, что у меня галлюцинации. Вот только вряд ли выпивка Артура могла вызвать столь реалистичный глюк, от которого сердце чуть не встало.