Кто же знал, что первый год работы учителем подкинет мне такие испытания?
— Ну и что? — отец мальчика, смотрит на меня с насмешливой улыбкой.
— Как это что! Владимиру двенадцать! — восклицаю. — А он уже планирует жениться на своей учительнице, когда вырастет.
Мужчина подается вперед, окидывает меня взглядом, в котором полыхает пламя.
— Должен сказать, у моего сына есть вкус. Если бы у меня была такая училка, я бы тоже не устоял.
В тексте есть: разница в возрасте, властный герой
Ограничение: 18+
Глава 1
Цветкова Веста Егоровна
— Цветик, у тебя сейчас английский у шестого «А»?
Печенье, которое я только что ела с чаем, встает поперек горла, и я начинаю неистово кашлять, из глаз бегут слезы.
Подруга Лера, по совместительству учитель русского языка, подходит ко мне со спины и начинает по ней хлопать. Откашлявшись, произношу сдавленно:
— Умеешь ты испортить аппетит.
Лерка, зараза такая, расплывается в шкодной улыбке, являя миру не так давно сделанные зубы, на которых блестят виниры.
— Я всего лишь спросила! — кокетливо ведет плечом, делая вид, что вообще не при делах. — Так и что?
— Шестой «А», да, — траурно вздыхаю.
Лерка, зараза такая, продолжает широко улыбаться.
— Прекращай меня ослеплять своей улыбкой на миллион.
Бесполезно. Подруга еще сильнее растягивает рот в улыбке.
— Я только поставила виниры, должна же я похвастаться!
— Тоже верно. Надо было попросить твоего стоматолога там где-нибудь прицепить ценник, чтобы все знали, во сколько твоему Мише обошлись эти зубы.
— О да, Мишаня был бы только рад, — усмехается. — Шестой «А», значит. Ты готова?
— Разве к этому можно быть готовой? Когда я шла в школу работать учителем, и подумать не могла, что столкнусь с такой проблемой.
Лерка присаживается на стол и закидывает ногу на ногу, являя миру изящную лодыжку на убийственной высоты шпильке.
Хорошо хоть в учительской кроме нас нет никого.
— А что думала?
— Думала, кнопки будут мне подкладывать, бунты устраивать, скандалить. А они смирные и спокойные. Дружные. Лучше бы саботировали уроки, черт возьми!
— Брось! Это очень мило.
— Будь ты на моем месте, так бы не говорила, — качаю головой и перекладываю поближе учебник с журналом, чтобы после звонка на перемену отправиться в кабинет, где будет проходить урок.
— Просто тебе двадцать три и ты боишься всего, — назидательно говорит Лера.
— Говоришь так, будто ты далеко ушла от меня по возрасту.
Подруга дергает ногой и продолжает кокетливо:
— Ну, мне двадцать восемь, стаж преподавания шесть лет. А ты у нас совсем зеленый кузнечик, который всего боится, — расплывается в улыбке. — Даже десятилетку.
— Ему двенадцать.
— Большой и страшный двенадцатилетка! — Лера запрокидывает голову и принимается смеяться на всю учительскую.
Вот гадина какая, а. Откровенно ржет надо мной, а у меня, между прочим, внутри все дрожит от страха — я не преувеличиваю.
Перед тем как выйти на работу, я читала разные истории, которые рассказывали учителя. Иногда милые, иногда ужасные. В основном все крутилось вокруг того, что дети не слушаются. Хамят, дерзят, качают права и все в таком роде.
Я была готова к этому. Планировала провести беседу, чтобы показать, что я детям не враг, а старший товарищ. На крайний случай была готова подключать директора и психолога.
Но сейчас… я даже не знаю, что делать и как реагировать. Вот уже несколько месяцев, как я иду на уроки к шестому «А» с дрожащими коленками, будто мне семь лет, а по телевизору показывают «Кошмар на улице Вязов» и ужасный Фредди Крюгер сейчас затянет меня в свой подвал и убьет.
— Так, это что за гогот на весь коридор! — в учительскую влетает завуч Инна Андреевна и смотрит на нас так, будто мы сущее зло.
Лерка шустро спрыгивает со стола и поправляет юбку, я нервно откидываю прядь волос, которая не влезла в пучок.
— Валерия Михайловна, Веста Егоровна, как это понимать?! Вы не на дискотеке, а в школе. Какой пример вы подаете детям?
Переглядываемся.
Мегера.
Ну и какой пример мы подаем детям? Что на перемене можно посмеяться немного, сбросить напряжение?
— Исправимся, — кивает Лера. Она знает, что с завучем бесполезно спорить, эту безнадежно консервативную стену не пробить.
— Вы больше не студентки и не школьницы, а взрослые женщины. Валерия Михайловна, вы должны быть примером также и своей младшей коллеге, а вы ржете как лошадь.
— Зато красивая лошадь, — бормочет Лера тихо.
Я прыскаю и тут же прикрываю рот ладонью.
— Что? — завуч округляет глаза.
— Видели мои зубы? — говорит Лерка и улыбается.
— Господи, спаси мою душу грешную, — Инна Андреевна роняет лицо в ладони.
Лера необычный учитель. Дети ее любят, она современная, веселая, открытая.