– Ну, может, пробовала несколько раз в колледже, – проговорила Теннисон, поднимаясь с дивана. – Но сейчас меня и правда на хавчик пробило. Надо посмотреть, есть ли у нас что не из диетического и полезного.

Мелани затушила косяк в импровизированной пепельнице – небрежно сполоснутой коробке из-под черной икры, оставшейся после праздника, – и следом за подругой прошла на кухню.

– Никогда раньше не курила травку. Даже не думала, что от нее такой запах.

Теннисон рассмеялась.

– Да, это есть. И в колледже не курила?

– Только обычные сигареты, и то тайком. Не хотела, чтобы меня считали какой-то такой… – ответила Мелани, открывая выставленную подругой на шкафчик банку с сальсой.

– Какой «такой»? – поинтересовалась Теннисон, зубами разрывая упаковку кукурузных чипсов. Господи, коронки целое состояние стоили! Не хватало только сломать какую-нибудь – придется к дантисту идти. Уж лучше к гинекологу, чем к нему. Тому хоть не в нос приходится таращиться, а на лысую макушку…

– Сама не знаю. Глупость ляпнула… – Мелани состроила гримасу.

– Нет, ты просто говоришь то, что ожидала бы от тебя твоя матушка. Она заставляла тебя постоянно следить за собой… и ты до сих пор не можешь отучиться.

Мелани медленно кивнула.

– Наверное. Никогда не задумывалась.

– Ты предпочитаешь со всеми ладить и ведешь себя соответственно, приспосабливаешься к окружающим. Защитный механизм. – Теннисон подцепила чипсину и щедро зачерпнула ею сальсу. – Черт, объедение! С ума сойти можно!

– Я тоже брала такую раньше. Если честно, для меня сейчас магазинная сальса – это что-то! Я уже шесть недель на диете. После того как увидела, в какой ты потрясающей форме. – Мелани тоже обмакнула чипсину в банку и скривилась: – Да еще эта Шарлотта со своим бикини, чтоб ей…

– Та телка, что вешалась на Кита на помолвке?

Мелани вздохнула.

– Ага. Они вместе работают. Она типа вся такая из себя, лазает по горам и смеется над его шутками. По словам Кита, у них «чисто деловые отношения», однако что-то не похоже. По-моему, ее интересует нечто большее, чем карьерное продвижение.

– Ну, во-первых, не надо себя недооценивать. Ты очень привлекательна, Мелани, хоть сама себе в этом и не признаешься. У тебя естественная красота, тебе не нужны ухищрения пластической хирургии или импланты. Во-вторых, ты говорила с Китом о том, что ты чувствуешь из-за этой Шарлотты?

– Мы ходим к семейному психологу.

Теннисон схрумкала еще пять чипсин и смахнула крошки с подбородка.

– Правильно. И что муж говорит о твоих подозрениях?

– Ничего. Выставляет все так, будто я сумасшедшая.

Ну да, логично. Насколько она помнила, Роберт вел себя на сеансах примерно так же. Стоило ей заикнуться, что ее беспокоит, сколько времени он проводит на работе, где может подвергнуться искушению со стороны кого-то из младших партнеров фирмы, как он отвечал: «Ты все выдумываешь, Теннисон».

Как бы не так! Чтобы подтвердить свои подозрения, пришлось развернуть целую операцию. Теннисон отыскала ежедневник мужа, заметила, когда тот «консультирует Дж. Л.», и наняла частного детектива. Тому из здания напротив удалось сделать изобличающие фотографии. Роберт был настолько глуп, что назначал свои «обучающие мероприятия» на одно и то же время несколько раз в неделю. Теннисон ничего не стоило прорваться сквозь секретаршу, кричавшую ей в спину: «У него конфиденциальная встреча!», и застукать мужа с головой между стройных и совершенно реальных ножек Джули Литтман.

– Ты не сумасшедшая. – Теннисон подошла к холодильнику и вытащила бутылку освежающего совиньон-блан.

– Да неужели? – с сарказмом спросила Мелани.

– Угу. Женская интуиция – великая вещь. – Теннисон залезла в кладовку, отыскивая сумку со вкусняшками, которую Эндрю припрятал где-то на полке. Там точно должна была быть большая упаковка арахисовых «M&M’s»… Есть! – Ты должна покончить с этим, Мелли.

Мелани зачерпнула чипсиной еще сальсы и отправила в рот, жуя с задумчивым видом.

– Как? Если Кит захочет мне изменить, то изменит. Я не могу бегать за ним или постоянно стыдить, чтобы не вздумал.

– Нет, нет. – Теннисон помахала пальцем, подхватывая два бокала и бутылку вина. – В смысле, да, по сути остановить его ты не можешь, но нельзя все оставлять как есть. Это все равно что запереть голодную женщину в комнате с пончиками – рано или поздно она начнет их лопать.

Лицо Мелани исказилось от боли.

– Черт, Мел, прости, я не подумала… дурацкая аналогия.