Он выпрямился, расправил плечи: — Это честное предложение, Безымянная. От воина к воину. Сложи оружие. Сохрани свою жизнь. Не трать её зря на тех, кто тебя не ценит.

Пауза. Он ждал ответа. Тишина. Только ветер. Только плеск воды.

Девушка, закованная в доспехи стояла напротив него совершенно неподвижно. Не говорила. Не кивала. Не двигалась. Просто смотрела. Молот в руках, опущен вниз. Руки неподвижные.

Бруно ждал — долго. Секунда. Две. Пять. Десять.

Тишина.

Потом он вздохнул — тяжело, с сожалением: — Молчишь. Значит, отказываешься. — Он покачал головой: — Жаль. Я надеялся, что ты окажешься мудрее.

Он посмотрел на неё — долго, внимательно: — Тогда я полагаю, что у меня нет выбора. Я бы мог приказать расстрелять тебя из арбалетов, но… — он чуть повернул голову назад и рявкнул: — никому не вмешиваться! Это мой поединок! Слышали?!

Глава 23

Бруно повернулся обратно — к Алисии. Правая рука легла на рукоять меча — на боку, в ножнах. Пальцы обхватили рукоять — крепко, уверенно. Потянул меч из ножен — медленно, плавно. Металл запел — высоко, протяжно, зловеще. Лезвие вышло из ножен — широкая полоса полированной стали, широкое, тяжёлое, отточенное. Блеснуло на солнце.

Бруно поднял меч, положил его плоскостью лезвия на плечо, взглянул на свою соперницу.

— Готова, Безымянная? — ответом послужила тишина. В очередной раз. Бруно усмехнулся — едва заметно: — Молчишь до конца. Понимаю. Тогда начнём.

Он сделал шаг вперёд — один, медленно, тяжело. Сапог ударился о камень. Ещё шаг. Ещё. Девушка в серебристых латах стояла неподвижно, как статуя, как камень, как дерево. Как стена. Стена между армией и городом. Молот в руках, опущен вниз. Голова чуть наклонена вперёд. Бруно шёл — медленно, размеренно, уверенно. Еще шаг и он — снимает меч с плеча, прокручивает его в воздухе кистью — легко, быстро. Сверкающее на солнце лезвие сливается в один сияющий круг, свистит рассекаемый воздух. Густав сглатывает, глядя на то, с какой легкостью Бруно Железная Длань владеет двуручным мечом. Ещё один шаг и…

Алисия как будто взорвалась!

Она сорвалась с места — так быстро, что камень под ногами треснул. На том месте, где она стояла — взвихрился воздух!

Один миг — она в десяти метрах.

Бруно не успел ударить мечом, не успел закрыться от удара, не успел отступить в сторону. Все что он успел — это увидеть ее движение, и то лишь едва. Его зрачки расшились, не веря в происходящее.

— Что…

Алисия ударила молотом. Удар снизу вверх — в подбородок. Молот врезался в челюсть. Шлепок и хруст — громкий, резкий, отвратительный. Кровь брызнула — во все стороны, фонтаном, чёрными каплями. Тело еще некоторое время стояло на ногах, кровь вытекала вверх двумя высокими фонтанчиками, потом оно покачнулось, рухнуло на спину, словно срубленное величественное дерево в лесу — медленно и неотвратимо. Меч выпал из разжатых пальцев, тихо звякнул о камень. Покатился смятый от удара шлем. Вместо головы с черной бородой на теле оставалась непонятная черно-бело-алая масса, с одного края которой вывалился белый, выпученный шар… левый глаз.

Мёртв.

Тишина.

Одна секунда.

Две.

Солдаты замерли. Сто человек — застыли, как статуи. Щиты опущены. Наконечники копий обращены жалами вниз. Секунда растерянности — не от страха, от скорости. От осознания.

Вперед шагнул жилистый мужчина, среднего роста, с аккуратной бородкой. Лицо каменное, глаза холодные. Посмотрел на труп — секунду, не больше. Лицо не изменилось. Поднял руку вверх и одним движением захлопнул забрало своего шлема. Повернулся к солдатам:

— Строй! Сомкнуться! Вперёд! — Голос твёрдый, командный, без эмоций. Солдаты встряхнулись, секунда — и растерянность ушла. Первый штурмовой отряд — это не собрание институток, тут все ветераны, все настоящие профессионалы своего дела. И если твое дело — убивать, то еще одна смерть не выведет тебя из строя. Даже если это смерть твоего командира. Дерьмо случается. Щиты вверх — с грохотом, синхронно, плотно. Копья вперёд — над щитами, лес металла.

Строй сомкнулся — плотно, как стена. Шагнули вперёд — один шаг, синхронно. Остановились — нет команды.

— Арбалетчики! Вперёд! Маги! Готовьтесь! Огонь по команде! Издалека! — командует мужчина. За спинами щитоносцев послышались щелчки взводимых арбалетов. Щитоносцы поставили тяжелые ростовые щиты нижними краями на землю, уперлись в них коленями, оставив арбалетчикам возможность стрелять поверх голов. Где-то там за ними — вспыхнули руны на переносных магических кругах.

Рейнхард, первый помощник Бруно, а теперь, судя по всему — командир штурмового отряда вместо него — поднял руку вверх. Он не собирался сражаться честно. Или один на один. У него была поставлена задача — взять город пока действует заклинание. Между ним и городом стояла эта Безымянная Дейна. Он не благородный рыцарь, не шевалье в блестящих доспехах, не куртуазный джентльмен и не верит в воинское братство в отличие от старого Бруно. Он не собирается вступать с Дейной в ближний бой. Паладины Святых Орденов — фанатики, сжигающие свою плоть и душу заклинаниями усиления… они невероятно сильны, быстры и являются трудными противниками, платя за свою силу — сроком своей же жизни. Одноразовые свечки на службе у своих магистров. Но даже среди этих чудовищ Безымянная Дейна выделялась. Он никогда раньше не видел такой скорости, такой точности удара и такой… бесстрастности. Дейна не усмехнулась, ничего не сказала, когда Бруно — упал на спину с размозжённой, кровавой пульпой вместо головы, даже не повела плечом, бросая вызов остальным. Рейнхард сжал челюсти, ожидая, когда арбалетчики дадут сигнал о готовности. Бедняга Бруно, он верил в благородное братство воинов на поле битвы… но эта дейна… она даже не обратила на него внимание. Взмахнула молотом. И перешагнула через его тело. Эта дейна… она не воин. Она — палач.

Значит и поединка с ней не будет. Будет казнь. Он поворачивает голову. Арбалетчики готовы. Маги — готовы. Стоит только опустить ладонь вниз и на эту хладнокровную стерву обрушится дождь из арбалетных болтов, с такого расстояния не спасут никакие латы. А даже если — то следом по ней ударят огненные шары, поджаривая заживо и расплавляя металл прямо на плоти.

— Дейна! Не стой! Беги! Атакуй! Ну… или защищайся! — кричит Густав, который понимает что сейчас произойдет: — Дейна Алисия!

Алисия дёрнулась. Голова повернулась — к воротам, к Густаву. Секунда. Одна. Потом — она сорвалась с места — так быстро, что воздух хлопнул, как от удара кнута. Камень под ногами раскололся — трещины разбежались паутиной, осколки полетели в стороны.