— Неужели?

— Да.

— Что ж, вперед, милости просим, — подначил я. — Поляжет больше половины твоих воинов, и что тогда, а? «Морскому жеребцу» нужно как минимум тридцать, а лучше сорок человек команды.

Асгейр усмехнулся, но приказа атаковать не отдал.

Мы сверлили друг друга взглядами. Я дал ему помучиться, гадая, какой козырь у меня в рукаве.

— Вам не уйти, — сказал он.

— А мы и не торопимся, — ответил я. — Верно, парни?

Они взревели в ответ, громко и зычно, и Асгейр нахмурился еще сильнее.

— У тебя есть предложение, Ворон Бури?

— Есть. Половина содержимого сундука — твоя.

— А другая половина — твоя?

— Да. Но это еще не все.

Глаза его превратились в щелочки.

— Продолжай.

— Ты возьмешь нас в команду.

Удивленный смешок.

— Ты что, ума лишился? Твои люди и мои ненавидят друг друга до печенок.

— Мы-то знаем почему, не так ли? — Торстейн, обычно сдержанная, не смогла удержаться. — Это потому, что ты бросил нас у Клуан-Мак-Нойса!

— Я бы сказал, ушел в подходящий момент. — Ухмылка Асгейра была сальной.

— Что было, то прошло. — Воспоминание о тонущем Ульфе жгло мне душу, но я сохранял примирительный тон. — О прошлом лучше забыть. Сейчас нужно найти способ избежать кровопролития.

— Просто хотите спасти свои шкуры, — сказал Асгейр, скривив губы.

— А тебе нужна команда, чтобы «Морской жеребец» мог плавать. Напади на нас со щитом и топором, и, клянусь Одином, двадцать твоих воинов, а то и больше, навсегда останутся на этом пляже.

Торстейн ударила по умбону щита, и каждый повторил за ней. Они подняли ужасный грохот, выкрикивая оскорбления и угрозы. Команда Асгейра тоже выкрикивала свои боевые кличи, но, несмотря на их число, они не смогли заглушить крики моих людей.

Шум утих, и я уставился на Асгейра.

— Так что ты решил?

Асгейр отошел на небольшое расстояние, чтобы обдумать варианты. Я крикнул, что нет смысла оставлять нас на пляже и надеяться напасть на нашу лодку в открытом море. Мы не собираемся уходить в ближайшее время, крикнул я, а когда уйдем, то сначала зароем серебро, и он его никогда не найдет.

Его воины не выглядели счастливыми. Кто бы радовался, сказал я Векелю, когда выбор стоит между бесплатным серебром и хорошим шансом умереть.

— Каждую ночь будем спать с саксами в кулаках, — проворчал Хрольф Рыжебородый.

— Если знаешь выход получше, говори, — сказал я.

Вместо ответа он принялся жевать свой ус.

— Играть можно лишь теми фигурами, что есть на доске тафла, — сказал я. — Нам нужно попасть на драккар. Я бы предпочел другой, а не «Морского жеребца», но боги послали нам его.

— И Асгейра тоже, этого скиткарла, — добавила Торстейн.

— Он попытается выторговать у нас побольше серебра. — Мы вкратце это уже обсуждали.

— Не больше двух третей, — сказал Вали Силач под одобрительный гул.

Я кивнул.

— Вот он идет. — С ним был еще один человек, его кормчий, как я предположил. Угрюмый, тощий, он выглядел так, будто ему не мешало бы хорошенько просраться.

Никаких предисловий.

— Нам нужно больше серебра, — сказал Асгейр.

Я хмыкнул.

— Две трети содержимого сундука.

— Договорились. — Я протянул руку.

— На «Морском жеребце» вождь — я, а не ты и не кто-либо другой. Ты будешь выполнять мои приказы.

— Если ты будешь отдавать те же приказы и своим воинам, — парировал я.

— Да.

Рукопожатие Асгейра было вялым, как его член. Я не доверял ему ни на йоту.

Рядом с нами появился Векель. Его посох взметнулся вверх.

— Клянитесь богами, оба.

Губы Асгейра скривились.

— Принеси клятву, — сказал я, — или наш договор ничего не стоит.

— Ты пожал мне руку.

— А ты — мою, но это не помешает твоим воинам пырнуть меня и моих людей ножами посреди ночи.

Тихий смешок.

— Я неправ?

Кольца в косах его бороды звякнули, когда он покачал головой.

— Прав.

— Клянитесь не причинять вреда друг другу, пока вы на «Морском жеребце», — сказал Векель.

Асгейр подчинился. И я тоже, думая, что когда мы сойдем с драккара, то сможем резать друг друга в свое удовольствие. Зная Векеля, именно это он и имел в виду. Асгейр, без сомнения, это тоже заметил.