Мартин подождал, а затем спросил: «Вы действительно думаете, что мы будем драться, сэр?» Адам казался очень далеким. «Я знаю».

Он вдруг проснулся. «Приведи пленного, боцмана Ричи, ладно?»

Мартин уставился на него. Как он мог помнить такие подробности?

Адам улыбнулся. «Пошлите за оружейником и скажите ему. Я хочу, чтобы ты был здесь со мной». Ему следовало сказать «нужно», подумал он.

Они молча пили вино и слушали шум корабля и моря, каждый из них был занят своими мыслями, каждый был занят кем-то другим.

Двери открылись, и боцман в сопровождении капрала и капрала корабля, шатаясь, побрел по качающейся палубе. Ричи был закован в ножные кандалы, и каждый шаг был медленным и мучительным.

Он стоял совершенно неподвижно, глядя сверху вниз на молодого капитана, которого когда-то считал всего лишь лейтенантом.

«Мне больше нечего сказать».

Мастер над оружием рявкнул: «Сэр!»

Адам сказал: «Стул, капрал». Когда мужчина с трудом уселся, он добавил: «Подождите снаружи, капрал». Двое представителей корабельной дисциплины ушли, явно озадаченные.

Адам сказал: «Мне нужно знать кое-что. Во-первых, какую роль ты сыграл в гибели Девы Ржи?»

Мужчина, казалось, опешил, как будто ожидал чего-то другого.

«Ничего, сэр!» Он увидел, как Адам повернулся, словно собираясь позвать оружейника обратно в каюту, и горячо произнес: «Клянусь Богом, сэр, это правда!»

Адам наблюдал за ним. «Я слушаю».

Ричи посмотрел на Мартина, словно ища его поддержки. «Она уже выбросилась на берег, сэр, в Гвинейском заливе. Был ужасный ветер, и мы потеряли часть парусов, прежде чем смогли выбраться!»

«Почему ты назвал своего капитана трусом? Потому что он не заступился за тебя, когда мы взяли на абордаж «Орлёнок»?

Ричи посмотрел на свои кандалы, словно его потрясло увиденное.

«Он не пошёл спасать шхуну. Некоторым её людям удалось выбраться на берег, думаю, немногим. Мы тогда не знали, что это военный корабль. На тех, кто сумел добраться до берега, напали туземцы. Они изрубили их на куски. Даже сквозь ветер мы слышали их крики!» Он содрогнулся. «Наверное, приняли её за чёрного дрозда!»

Адам наклонился и схватил абордажную саблю, новую, с коротким лезвием, которую Данвуди помог загрузить в злополучную шхуну. Ричи тупо смотрел на неё. «Мы подобрали только одного человека, сэр. Он выпрыгнул за борт, когда судно столкнулось. Я перепрыгнул за ним, хотя капитан кричал мне остановиться! Он боялся, что последует за шхуной на берег!»

Адам нашёл время поразмыслить, сколько же людей из отряда Анемон умеют плавать. Вероятно, очень немногие.

Он посмотрел на абордажную саблю. Возможно, этот человек лжёт. Кто-нибудь из Орлёнка мог подтвердить или опровергнуть его историю. Но это займёт слишком много времени. Возможно, они никогда этого не узнают.

Ричи хрипло проговорил: «Этот человек прожил около часа. Именно тогда мы поняли, что это был королевский корабль. Он был моряком, как и я когда-то». Голос его звучал подавленно, словно он уже видел смертный приговор.

«Откуда у тебя эти шрамы на спине? Полосатая рубашка у трапа?»

«Да, сэр».

Адам встал и снова подошёл к шкафу. Он чувствовал, как взгляд мужчины следит за каждым его движением, словно тот ожидал насмешек и презрения.

Он медленно произнёс: «Ты знаешь этот остров Лотарингия, Ричи». Он увидел, как тот наблюдает, как коньяк поднимается по краю стакана, а палуба снова опускается. «Ты много раз там бывал?»

«Один раз, сэр. Всего один раз».

Адам взглянул на встревоженное лицо Мартина. «Один раз». Он протянул стакан. «Вдыхай это в себя, мужик».

Ричи чуть не подавился и не остановился, пока стакан не опустел.

Адам сказал: «Это не карточная игра, Ричи. Мой корабль и твоя жизнь слишком высоки, чтобы ставить на кон. Ты дезертировал из флота?» Он увидел, как тот отчаянно кивнул. «Помогая врагу, обладая абордажной саблей, которая могла попасть к тебе случайно, а могла и нет». Он налил ещё коньяка. «Не просто повешение, правда?» Он заставил себя добавить: «Ты когда-нибудь видел порку на флоте? Верёвка после этого — облегчение!» Он резко спросил так, что даже Мартин вздрогнул: «На каком корабле ты был? И я хочу знать правду».

Покрасневшие глаза Ричи посмотрели вниз. «Последним был „Линнет“, военный шлюп. Я был грот-марсовым, сэр. Я бежал от неё, я больше не мог этого выносить».

Адам наблюдал за ним. Шрамы этого человека говорили сами за себя. Возможно, он их заслужил. Он затаил дыхание, когда мужчина поднял подбородок и посмотрел ему прямо в глаза. Он словно увидел кого-то другого.

Он тихо сказал: «До этого я был на старом «Супербе», сэр. Капитан Китс. Вот это был человек».

Адам взглянул на Мартина. «Да, я знаю».