— Ну? — Конопля уперся в него нетрезвым взглядом. — Давай, удивляй.

— Я нашел кнопочку, которая поможет нам открыть эти бронированные двери.

Конопля резко протрезвел, заинтересованно наклоняясь к собеседнику.

— Мои ребята прошерстили все связи Шаха с тех пор, как он вышел из лагеря. И, как всегда, сработал финансовый след. У Шаха всегда была бешеная финансовая активность, — при этих словах Конопля недоуменно поморщился. — Много платежей он проводил через безымянные банковские карты, и одна из них привлекла наше особое внимание.

Ловкач замолчал, наливая себе виски, в то время, как Конопля свой стакан накрыл ладошкой:

— Говори, я позже выпью.

— Ха-ха, нюх у тебя что надо! — заржал Ловкач, с удовольствием опрокидывая жидкость себе в рот. — Так вот, уже несколько лет подряд с подконтрольных Шаху счетов каждый месяц, в одно и то же число, на эту безымянную карту переводится по сто тысяч рублей. Тебе еще интересно?

— Говори, сука! — взревел Конопля, глаза его бешено блестели, а волосатые ноздри раздувались, словно у лягавой, наконец почуявшей долгожданный след.

— Карта, как карта, безымянная, естественно, — спокойно продолжил Ловкач. — Таких у Шаха — вагон и маленькая тележка. Но мы проверили, куда уходят деньги с этой карты, и выяснили, что с нее регулярно оплачивается сотовый телефон и еще несколько платежей одной и той же гражданке.

Ловкач снова замолчал, подчеркивая важность момента и лукаво поглядывая на собеседника.

— Тебе что-нибудь говорит имя Майя? Нет? А может тебя заинтересует Майя Евгеньевна Супруненко! Не забыл, какие у Сироты были имя фамилия?

— Что? — взревел потрясенный Семка, напоминая медведя, разбуженного рогатиной посреди зимы. — Не может быть, твою мать! У Сироты, в натуре, есть дочь?

— У него есть не только дочь, но и мать, которая живет в Дубне. Подкинуть адресок? Что за лохи следили за его гулящей бабой, если пропустили такие подробности?

— Вот это, блядь, тема! — вскочил Конопля, потирая вспотевшие ладони. — Шах с ними встречается?

— У меня такой информации нет, — помотал головой Ловкач. — Лично я думаю, что вряд ли. Он всегда был предельно осторожным парнем.

— Но все равно лоханулся, — заржал Конопля. — Если он ежемесячно переводит девчонке деньги, значит, и приглядывает за ней, верно?

— Не факт, — прервал его Ловкач. — Деньги уходят автоматически, с разных счетов, в основном зарубежных. Все шито-крыто, хрен найдешь. И повторяю еще раз: если Шах с ними и виделся, то раз или два, не больше. Так что на это не рассчитывай.

— Значит, надо сделать так, чтобы Максимка захотел их увидеть в третий и последний раз, — заржал Конопля, почуяв такую беспроигрышную тему, как захват родственников в заложники.

— И как ты это собираешься сделать? — буднично поинтересовался Исаак Соломонович, - Вряд ли Шах подпишется на такой тупой шантаж.

— Элементарно! — оскалился Конопля. — Для начала я выпущу кишки у матери Сироты, и они сами туда слетяться, как мухи на говно! А если не сработает, тогда пообещаю четвертовать дочь этого придурка. Все равно выползут, никуда не денуться. Способ проверенный, действует безотказно. Главное их быстренько прихватить, пока Шах не чухнул, что мы знаем что Сирота не сирота, в натуре, ха-ха-ха!

— Но с сестрой Шаха это не сработало, — поморщился Ловкач от таких подробностей.

— Я тогда сам лоханулся, — пояснил Конопля. — Вернее, зоссал, потому что с Шахом на похороны нарисовался Сирота, а сейчас защитить его некому. Всё сработает.

— Ты уверен, что у него не осталось спецов такого уровня? — снова включил своего вечного пессимизма Ловкач.

— Если бы кто-то был, то я давно бы уже кормил бы червей. А ты сам видишь, я вот сижу тут перед тобой, живой и здоровый, и пью виски. Кстати, за это стоит выпить, а то от таких подарков я даже протрезвел, — потёр руки Конопля и потянулся к бутылке с алкоголем...

Утро у Максима Александровича Шахова началось с привычной битвы с производственными проблемами, которые не уменьшались, а наоборот ежедневно росли как снежный ком, позволяя сделать логичный вывод, что их игнорировало прежнее руководство? Чем глубже Максим погружался в дела фирмы, тем больше его это увлекало, словно кто-то бросал ему вызов, проверяя на слабо. А слабаком он никогда не был. К тому же, общаясь с ключевыми арендаторами, Максим пришел к выводу, что его толстый заместитель каким то образом умудрялся их обдирать. Прямых доказательств пока не было, но это лишь вопрос времени. Нужна была лишь эффективная схема, чтобы быстро их раздобыть. А в искусстве создания подобных схем Максу равных не было. Разве что Ловкач... Вспомнив об этом нехорошем человеке, Шахов переключился на более актуальные в данный момнт проблемы и взял в руки телефон.