— У любого? Не знаю.

— А ты подумай.

Я прикидываю. С моей точки зрения, человек, который может управлять своим сознанием, может управлять всем миром, но это потому, что у меня есть псионика. А если у них нет псионики, а рядом ходят люди, которым чуть больше повезло… Конечно!

— Думаю, они хотят получить в своё распоряжение любую магию, кроме ментала. Целительство или любую стихию, или что угодно. А! Кощей же говорил, что некромантом…

— Может стать любой, даже не маг. Он прав. Надо будет с ним поговорить на эту тему, Никита мне уже доложил. Ладно. А теперь представь, что людям, которые влюблены в магию, дадут возможность стать магами. Да, чёрными, но магами полноценными. Что для человека, который может управлять своим сознанием, тысячи жертв? Он даже же спать плохо потом по ночам не будет.

— Да, я понимаю. Вас заставили охранять то, что вы сами жаждете обладать. Поставили волка на охрану овец.

— Да, в каком-то смысле. Скорее волкодавов, но всё равно — голодных волкодавов. Поэтому мы следим и сами за собой, и за другими. Тем более, когда человек становится чёрным магом, с него слетают все привязки клятв. Так что ты понимаешь.

— Я понимаю.

— Хорошо, Максим, если вдруг, что — обращайся. Но с некромантией боюсь, мы тебе не поможем. — закругляет разговор Матвей. А я понимаю, что за мной присматривать теперь будут чуть сильнее. Но это ерунда.

Сбрасываю разговор.

Теперь интерес библиотекаря становится более понятным. Тот, видимо, вышел за рамки человеческого уже давно, но чего-то ему не хватает, чтобы стать магом. Вот его и так подбрасывало в библиотеке. Ладно.

— Вильгельм Генрихович, здравствуйте. — тут же вызываю Кощея.

— Рад тебя слышать, Максим, — Кощей действительно рад меня слышать по голосу.

— У меня вопрос.

— Всегда рад помочь. — усмехается. Хотя слышно, что занят. — Давай свой вопрос.

— Вильгельм Генрихович, мне нужно заклятие, которое формирует гулей. То, которое он передаёт при укусе другим существам.

— Максим, неожиданно. Понимаешь, такое знание опасно, тебя зачистят, и даже не посмотрят на твою полезность. Да и у меня нет такого. Я же не некромант. Некромант был мой создатель. Но и он, насколько я помню, таким знанием не блистал.

— Возможно, но мне нужно хотя бы направление поисков.

— Зачем тебе, Максим?

— Скажем так, есть шанс, что это решение нашей проблемы с чужими. Потому что с некромантами мы знаем, как воевать. А как воевать с тысячами или с несколькими тысячами магов-чужих, мы не знаем.

— Откуда такие числа? Мы вроде бы не так давно это всё обсуждали. Разница на порядки.

— Боюсь, что кроме вас, я особо никому это и сказать не могу. Просто потому, что не поверят. А проверить сейчас очень сложно. В Африке сейчас огромное Гнездо, там тысячи особей, и каждая из них, считайте, не маг, но близок к тому, чтобы быть опасным для любого человека. Даже мага. Даже рабочие особи. Там их очень много, на километры, на десятки километров вокруг. Шансы на то, что я смогу убедить императора, или достаточное количество людей для интервенции на другой континент, скажем так, около нуля. Даже если я смогу убедить императора в опасности.

— Что мы можем сделать?

— Сейчас? Мы можем только всего лишь на это посмотреть. Никто нас ни через проливы без войны, ни через Средиземное море без той же войны не пустит. Да и сколько мы людей можем перекинуть? Не так чтобы много.

— Максим, я понял твою точку зрения. Я не скажу, что я с тобой согласен. Поэтому, прежде чем проверять эту теорию, ты со мной посоветуйся. Хорошо?

— Хорошо. Обещаю, Кощей.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Я верю твоему слову, Максим. В общем, смотри, найти само заклятие ты не сможешь. Его уничтожают всегда, вот вообще всегда, когда увидят. Мы же сейчас говорили, я так понимаю, про тех, которые уничтожили несколько городов Западной Европы. Правильно?

— Да, — соглашаюсь.

— История эта на слуху была одно время. Очень давно, сейчас удивительно, откуда ты и узнал. Но неважно пока. Так вот, это было всё-таки личное оружие одного из некромантов. Так же, как и мы были личным оружием другого некроманта. Это все личные разработки. Некроманта того уничтожили. Попытки создания этих тварей предпринимались, но почти все они закончились ничем или, почти ничем. Записи этого некроманта тоже уничтожены. Это достоверно известно. На некромантов тогда охотились егеря Останиных. Они были наиболее защищенный Род западных славян. Поэтому их бойцы за черными тогда и охотились. Это лет триста назад было. Потом гули всплывали, но обычно это были последствия применения амулетов, которые создал как раз все тот же самый некромант. Но и гули были попроще, дохли быстро. Но в общем, как раз такие амулеты, наверное, все выгребли из запасников в последней войне. Я только поэтому и знаю. Уверен, что большую часть их уничтожили. Может, что и осталось, но найти будет сложно. Но что было известно про этого человека? Про этого некроманта? До войны, в которой эти гули были применены, — он работал в тесной связке с целителем и артефактором. Они втроем это создали, Максим.

— Хм. Неожиданно.

— Да, не удивляйся. То есть создали это на стыке целительской, ментальной и чёрной магии.

— Ментальной?

— Конечно. Некромант точно был менталистом, впрочем, как и все они. Ну а артефактор воплотил их идею в амулеты. Но это все, что мне известно.

— Знаете, что? — удивляюсь знакомому имени в словах Кощея. — Вы мне очень помогли.

И это правда. У меня намечаются несколько направлений работы. И точно появляются зацепки.