Критический успех!

Паника бога и полубога была натуральной, можно сказать дистиллированной. Оба существа, для которых тысяча лет не является таким уж и большим сроком, бегали перед двадцатилетним мной как две второкурсницы, запертые в раздевалке чикагского баскетбольного клуба. Винить их было сложно, учитывая, что речь шла о боге безумия, который явно тут две недели не кальян курил, а что-то делал, а вот причина, почему он не спалился, вылезла быстро.

— Я же сама его превратила! — взвыла Лючия, хватаясь за лицо, — Он теперь невидим для моей силы! Сынок! Тебе нужно убить эту форму Шакалота! Разрушить её!

— Чиво?! — натурально опух Эфирнаэбаэль Зис Овершналь, мужик, первые летописи о котором были еще выполнены в виде наскальных рисунков, — Я?!

— А кто? — внезапно поинтересовалась блондинистая богиня, успокоившись и с некоторым недоумением разглядывая потомка.

— Вот у тебя мужик есть! — потыкали в меня длинным тонким пальцем, двигаясь боком к выходу, — А у меня дела! Да! Срочные! Я пошёл…

— СТОЯТЬ!! — не снесла попытки к дезертирству светлая богиня, — Немедленно!

— Мама, меня люди ждут!

— Ни шагу дальше, Эфирнаэбаэль! Иначе ты познаешь мой гнев!

— Лучше твой, чем Шакалота!!

— Ах ты гад!!!

Почесывая легкую небритость, я взирал на семейный срач без особых рефлексий. Настроение было философским. За всё время, пока курица тут где-то ползала, она сумела наворотить дел, сто процентов. Поздно пить боржоми, когда почки отказали, надо выяснять, чего хотела пернатая скотина. Для этого мне нужны союзники вроде тех, кто сейчас паникуют, потому что это металлический баклажан можно проверить апатичной суккубой, а что серьезнее — требует кого-то большего. Не беременной же женщиной рисковать? Эльфийский мудрец как раз подойдет.

Этот самый мудрец всю тему прочухал с самого начала, от чего сильно нервничал и дёргался, но вы же знаете этих пожилых, в смысле вечных, женщин. От них не вырвешься. Они даже не испытывают азарт, когда добыча трепыхается в их зубах. Они давят, медленно и неумолимо, прямо как кошка придушивает мышонка перед тем, как отдать бедолагу на тренировку своим котятам!

— Ладно, Джо… — совершенно сокрушенный по всем фронтам эльф с самой обреченной на вид рожей медленно поднялся оттуда, куда его усадила на прессовку богиня, — … идем искать Шакалота.

— В смысле «идем»? — неприятно удивился я, — Ты иди! А я, если что, Лючии еще сына организую. Вдруг помрешь.

— Иди, Джо, иди… — картинно разлегшись на постели, вяло помахала пальчиками богиня, — Ты своё черное дело уже сделал…

Что-то уровень предательства в этой комнате начинает зашакаливать! Пойду лучше искать безумных говорящих куриц, любящих спаивать и скуривать моих соседок. Там, хотя бы, меня еще не подставляли!

— Зачем тебе это тело? — поинтересовался мудрец, выходя следом за мной.

— Пригодится, — загадочно ответил я, поправляя вырубившегося Освальда Озза на плече, — Кум! Куууум! Цып-цып-цып…

На безсуккубье и волшебник подойдет, ну, если придётся во что-то тыкать. Мало ли что нам уготовил бог безумия, вдруг надо будет проверить?

В лесу, точнее, в эльфийской усадьбе была лишь эльфийка в плохом настроении, да куча кур в её курятнике. На вопрос какая из них бог безумия Наталис затруднилась ответить, мрачно предложив нам замочить всех. Путем короткого опроса, мы выяснили, что она сама не знала, кто эта славная и веселая птица, у которой было столько интересных баек и идей, но вообще думала, что это я кого-то превратил в курицу и выгнал на мороз. Последствия двухнедельного загула с чудовищной силой, ломающей логику и здравый смысл об колено девушка не осмысливала… потому что сама была такой же. Ну, в смысле, женщиной.

— Сейчас пойду и Лючии всё расскажу, — пригрозила нам обиженная эльфийка, — особенно про женщин!

— Не советую, — буркнул мудрец, внимательно осматривая дом девушки и чего-то там колдуя, — Она тебя испепелит. На всякий случай. Ты слишком долго была под воздействием Шакалота.

— Так, не хочу испепеления! — сразу озадачилась Наталис, повернувшись к нам задом и зарывшись в один из сундуков с ворчанием, — Поживу у дяди… До соседней башни не так уж и далеко…

— Мудрое дитя, — покивал девичьей жопе сын богини, — Если все образумится, подумаю над тем, чтобы взять тебя в ученицы.

Как она умудрилась улыбнуться задом — даже я не понял. Причем не просто так, а торжествующе!

— А кто мне траву выращивать будет? — для порядка пробурчал я, думая выйти из дома, да пойти бить кур, — Пушкин? И вообще, чего тут проверять, идемте искать этого гада…

— Какого? — поинтересовался знакомый голос, изданный лежащей на боку курицей, затягивающейся из внезапно заработавшего кальяна. Одно крыло птица удобно подложила под свою голову, заодно опираясь им на пол, а вторым держала мундштук. Вид был… ошеломляющий.